Станция мёртвых сердец

Артур криво улыбнулся и, приблизившись к нему, осторожно присел на колени.
— Теперь нет, — сказал он и аккуратно поправил галстук Дугласа.
Ретт обнял его и потянул на себя, рассчитывая получить поцелуй.
— Осторожно, костюм помнёшь…
Не обращая внимания на вялые возражения, Ретт захватил его губы своими и, прикусив одну из них, ворвался в образовавшуюся щель.
— Я бы его лучше порвал, — пробормотал он, опуская руку ниже на откровенно твердеющую промежность Артура.
Артур зажмурился и приник лбом к его виску, отдаваясь на волю ощущений.
— Поднимемся в офис? — прошептал он, подаваясь навстречу руке Ретта.
— Ну да, ты же хотел что-то там проверить…

— Дэвид МакМёрфи, — Ретт внимательно прочитал первую страницу досье и поднял взгляд на сидевшего перед ним молодого мужчину, — двадцать шесть лет, не женат… Почему?
— Ретт! — Артур, не выдержав, вскочил со своего места на диване, затем, опомнившись, оглянулся на сидевшего по другую сторону от Ретта обаятельного молодого мужчину с рыжими коротко стриженными волосами.
— Не женат, потому что не люблю иметь дела с женщинами, — ответил тот спокойно, — какое отношение это имеет к вашему лечению?
— Мистер МакМёрфи, вы нас не оставите? — поинтересовался Артур прежде, чем Ретт успел ответить.
Мужчина перевёл взгляд с одного на другого, пожал плечами и встал.
— Мне ждать ответа или я могу идти? — спросил он.
— Вы свободны, — отрезал Ретт.
— Будьте добры, подождите, — ответил Артур одновременно с ним.
Они посмотрели друг на друга и замолчали. Ретт злился. Артур видел это невооружённым взглядом.
— Подождите, — повторил Артур, — мы оплатим потраченное время.
Ретт явно разозлился ещё сильнее, но промолчал.
Мужчина вышел, и Дуглас зло крутанул колёса кресла, направляя его к окну.
— Это уже десятый.
— Мы договаривались, что будет несколько. И какого чёрта…
— Потому что ты не прав.
Артур подошёл и опустился на корточки перед креслом Дугласа, но тот тут же повернул кресло на сто восемьдесят градусов.
Артур встал и, не дожидаясь, пока Ретт переместится ещё куда-то, опустил руки ему на плечи. Нежно провёл вниз по груди и, уткнувшись носом в макушку, коротко поцеловал.
— Чем он тебя не устроил?
— У него нет опыта в области реабилитации на дому.
— У него два десятка удачных реабилитаций. А опыта реабилитаций на дому нет ни у кого, потому что тебе сейчас положено быть в больнице.
Ретт шумно втянул воздух.
— Хочешь отправить меня туда?
— Нет! — Артур крепче прижал Ретта к спинке кресла, а себя к нему. — Я хочу, чтобы ты поправился. Больше ничего.
— Я вообще не отказал бы ему, если бы ты не пошатнул мой авторитет.
— Врёшь. Ты принимаешь решение ещё до того, как задашь первый вопрос. И я отлично видел, какое решение ты принял сейчас.
— Поэтому сделал наоборот!
— Чем он тебя не устроил?
Ретт ещё раз шумно вздохнул.
— Мне не нравится его имя.
— Что? — Артур изогнул бровь и перегнулся через плечо Ретта, заглядывая ему в лицо. — Какое? Дэвид или Мак…
— Оба.
Артур не выдержал и хихикнул, но тут же спрятал усмешку у Дугласа в воротнике.
— А чем тебе не понравился Алекс?
— Он на тебя смотрел.
— Всё.
— Что всё?
— Ничего.
Артур рывком развернул к себе кресло и, всё-таки опустившись на корточки, снова положил руки Дугласу на плечи.
— Ретт… ты вообще видел, как он выглядит?
— Вполне неплохо.
— Давай по пунктам. Ему двадцать шесть.
— Дэреку двадцать семь.
— Не впутывай Дэрека, мы о нём потом поговорим. Ему двадцать шесть. А мне трудно общаться с ровесниками. Я к этому не привык. С ними не поговоришь ни о книгах, ни о политике.
— Я всегда думал, что ты ненавидишь такие темы.
— Я открыл книжный магазин и купил права на выпуск Times! Тебе не кажется, что если бы я интересовался клубами и модой, то заключил бы сделку с Cosmo?
Ретт промолчал.
— Он рыжий, — добавил Артур, — и мне он тоже напоминает МакГрегора. Так что при виде него я скорее вспоминаю столовую в Кембридже, чем думаю о сексе. Дальше… — Артур задумался, — даже не знаю, как тебе описать, Ретт. Просто если бы ты присмотрелся, прислушался к тому, что я говорю, то заметил бы, что мне не нравятся такие как он.
— С чего бы мне это заметить?
— И верно. Ты же не даёшь мне общаться с кем-то подобным, — Артур вздохнул. — Кто мой любимый актёр?
— Не знаю.
— Джозеф Мэлоун.
— Шутишь? — Ретт скривился. — Что в нём… — и замолк. Потом добавил. — Неправда.