Станция мёртвых сердец

к тебе. Дай мне шанс это доказать.
Ретт вздохнул и потянул его за руку, вынуждая перебраться через него и снова оказаться в объятьях. Поцеловал Артура и спросил:
— А что мне остаётся?
Артур уткнулся носом ему в плечо и вздохнул.
— Я буду звонить, если случится хоть что-то непредвиденное. Обещаю.

Ничего непредвиденного так и не случилось. Артур вернулся домой в половине пятого и ещё застал кусочек тренировки. Ретт уже сносно ходил с опорой, правда лицо его при этом выражало такое усилие, будто он тащит на себе сто килограмм груза.
Смотреть на это было тяжело, но и отвернуться Артур не мог. Напряжённые мышцы на руках, сейчас похожие на туго перевитые верёвки, вызывали неумолимое желание коснуться их кончиками пальцев, успокоить и разгладить.
— Всё, — сказал МакМёрфи, бросив взгляд на часы, и Артур тут же рванулся через комнату, чтобы помочь Ретту спуститься с тренажёра.
— Ты… когда пришёл? — Ретт выглядел смущённым.
Артур потёрся носом о его шею.
— Ты против?
Ретт усмехнулся.
— Нет. Не совсем. Просто чувствую себя идиотом.
— Ты бы хотел показать мне, как поднимаешь что-то подобное? — Артур кивнул в сторону стоявшей в углу штанги.
— Ну, да, это выглядело бы чуть лучше, чем развалина, едва ползающая на собственных ногах.
— Ещё покажешь, — Артур чмокнул его в щёку и, продолжая придерживать за пояс, осторожно повёл к выходу. На МакМёрфи он бросил один единственный взгляд, проверяя, собирается ли тот уходить, но взгляд этот не остался без внимания.
— Дэвид, задержитесь на пару минут? — спросил Артур, усаживая Ретта в кресло и протягивая тому полотенце.
МакМёрфи кивнул и вышел, а Ретт проводил его тяжёлым взглядом.
— Я скоро приду, хорошо? — Артур снова посмотрел на Ретта. Тот отвернулся, не желая выдавать эмоций, кивнул и тоже двинулся к выходу.
Артур нагнал МакМёрфи уже в гостиной и, пожав ему руку, предложил сесть напротив.
— Вы что-то хотели?
— Да. Дэвид, я хотел узнать, как у него успехи.
МакМёрфи пожал плечами.
— Он слишком рвётся в бой, это не всегда хорошо. Такие люди легко загораются, но и легко сдаются при виде трудностей.
— Это не про Ретта, — Артур усмехнулся, — как думаете, сколько может понадобиться времени?
— На самом деле немного. Если всё будет делаться правильно, если он не будет надрываться…С ним легко работать, он хочет выкарабкаться.
Артур улыбнулся, почему-то почувствовав гордость.
— Спасибо.
— Это всё?
— Да, можете идти.
Артур встал и, проводив МакМёрфи до дверей, направился к гостевым апартаментам, где обитали они с Реттом. Миновав спальню, зашёл в ванную и, открыв дверь, тут же натолкнулся на Ретта, сидящего у входа и яростно сжимающего кулаки.
— Помочь? — спросил он, решив, что тот бесится от своей неспособности забраться в ванну. Ретт часто приходил в ярость, когда у него что-то не получалось, и Артур лишь старался не замечать его состояния и оставаться мягким как всегда. Ему самому было больно смотреть, как Ретту что-то не удаётся. Это казалось диким и неправильным, потому что сколько он помнил Дугласа, тот всегда мог всё.
Артур опустил руку на спинку кресла, намереваясь подкатить его к ванной, но запястье его тут же было сброшено. Ретт резко развернул кресло и уставился на него в упор. Артуру показалось, что ещё миг, и он встанет… а что будет дальше — Артур отлично помнил по их прежним отношениям.
— Ретт, — сказал он тихо, стараясь подавить усталый вздох.
Артур опустился на колени перед креслом и положил руки на колени Ретту.
Дуглас тут же перехватил его запястья и стиснул до боли.
— Я ничего не могу, — сказал он тихо, зло сверкая глазами, — но это не значит, что ты можешь меня унижать.
На сей раз вздох подавить не удалось.
Артур опустил вторую руку поверх пальцев Дугласа и медленно разжал.
— Может, хотя бы спросишь, о чём мы говорили?
— Ты так хочешь рассказать?
— Нет, Ретт. Не хочу. Не хочу, потому что устал оправдываться. Мне больно, Ретт. Не от того, что ты можешь ударить меня, я никогда этого не боялся. Мне больно от того, что ты можешь подумать, будто я оставлю тебя одного и пойду развлекаться с другим. Если ты любишь меня, пожалуйста… Не думай обо мне так.
Ретт вывернул запястье из его хватки и, двумя руками взяв в ладони его лицо, заставил наклониться почти к своему лицу, внимательно вглядываясь в глаза. Потом резко отпустил и перехватил Артура за плечи. Прижал к груди и тут же принялся целовать пушистый затылок.
— Прости, — прошептал он.
— Верь мне.
— Я верю. Верю, — он прижал