Станция мёртвых сердец

знать, что никуда не надо уходить и можно просто лежать вот так до самого утра.

Уже утром Ретт взял в руки телефон, равнодушно пробежал глазами по четырнадцати пропущенным вызовам от Жозефины. Сбросил все четырнадцать, вернулся в постель и снова уснул.

Уже утром он взял в руки телефон, равнодушно пробежал глазами по четырнадцати пропущенным вызовам от Жозефины. Сбросил все четырнадцать и сделал короткий звонок. Танака не спал.
— Понял, — ответил он коротко и повесил трубку.
Ретт вернулся в кровать и лёг рядом с Артуром поверх одеяла. Сейчас во сне юноша казался совсем чистым.
Дуглас наклонился и легонько подул на его ресницы.
На губах Артура заиграла улыбка.
— Ты не спишь, — Ретт усмехнулся, перехватил его за пояс и притянул к себе вместе с одеялом.
— Сплю… — пробормотал Артур, — и ты мне снишься.
— Нет, Артур, я здесь. И я всё так же тебя люблю.
Ретт наклонился и поцеловал его в висок.
Артур потянулся, удобнее устраиваясь в его объятьях, и запрокинул голову, чтобы заглянуть Дугласу в глаза. Ретт не знал, в самом деле это так — или он просто слишком хочет обмануться, но в глазах Эссекса ему почудилось тепло.
— Где мы? — пробормотал Артур, крепче вжимаясь в него спиной.
— У тебя дома.
Артур окинул комнату недоверчивым взглядом.
— Ретт, тебе же не понравился этот дом… И аренду я оплачивать не смогу.
— Она не съёмная, — Дуглас ещё раз поцеловал его в висок. — И я подумал, что с тобой мне будет хорошо даже здесь.
Артур снова непонимающе покачал головой и, извернувшись, попытался поймать его взгляд.
— Я не понимаю, — сказал он.
— Ты всё понимаешь. Просто не хочешь верить, что я тебя люблю.
Артур опустил взгляд.
— Ты поверишь, — добавил Дуглас и, приподняв его лицо, легко коснулся губ.
Они полежали так ещё с полчаса, а потом Дуглас посмотрел на часы и обнаружил, что время уже идёт к двенадцати.
— Я пропустил две встречи, — сказал он равнодушно и стал вставать.
Артур последовал за ним, и Дуглас с упоением проследил взглядом за его гибкой фигурой, покидающей укрытие постели.
— Я в душ, — сказал Дуглас первым, — ты со мной?
Артур чуть покраснел, закусил губу и кивнул.
Он был живым. Таким живым, каким Ретт видел его только через камеру, в одиночестве.
Дуглас поймал его за руку и потянул в ванну. Они забрались в душевую и больше гладили друг друга, чем на самом деле смывали пот. Артур легко поддавался на ласки и так же легко отвечал в ответ. В конце концов Дуглас понял, что такими темпами он никогда не выберется наружу и выгнал его готовить завтрак.
Как оказалось, готовить Артур не умел, и Дуглас несколько неприятных минут давился синтетической яичницей. Кофе в квартире не оказалось, как и многих других необходимых вещей.
— Не ходи сегодня на работу, — сказал Дуглас, уже отставляя тарелку в сторону.
Артур посмотрел на него удивлённо и не слишком радостно.
— Это приказ. Хочу, чтобы ты устроился здесь и купил себе всё необходимое. Я приду вечером.
Лицо Артура начало менять выражение, и Ретт поспешил заткнуть его поцелуем, пока тот не ляпнул очередную гадость.
— Ты мне нужен, Артур. Я всё ещё хочу дать тебе новую должность и надеюсь, что вчерашнее не повторится. Но сейчас я просто хочу, чтобы ты отдохнул. Хорошо?
Артур неуверенно кивнул.
Последний раз поцеловав его в висок, Дуглас быстро оделся и минут через пятнадцать вышел на улицу. Артур же снова закутался в одеяло, забрался на диван в гостиной и включил телевизор. Он чувствовал себя выжатым как лимон и в самом деле вряд ли смог бы сейчас работать. По ТВ шли новости.
Артур нахмурился, уловив знакомое имя.
— Николас Кёниг, сопредседатель корпорации «Mithril on Stars», скончался сегодня утром. Кабина лифта рухнула с высоты около ста пятидесяти метров. Администрация отеля «Элемент», на территории которого произошло происшествие, пока никак не прокомментировала это происшествие. Николасу Кёнигу было тридцать два года.
Артур поспешно выключил телевизор. Лёгкие будто окоченели, и некоторое время он не мог заставить себя вдохнуть, только хватал ртом воздух, как рыба.
Он ощутил близость смерти неожиданно отчётливо, и это было вовсе не так прекрасно, как он думал всегда.

Артур проснулся и с трудом заставил лёгкие впустить кислород. Воздух казался колючим, как наждак.