Учился на мехмате, занимался спортом, никого не трогал. Строил планы и кое-чего добивался — даже грант в магистратуре ТАМ выиграл. Как раз поехать хотел, а тут — …КАК я попал СЮДА и В ЭТО?! Блин, ну я не сноб, но ТАКООООЕ ? этого не должно быть. Просто не должно быть. Но оно есть, и я весь в нем. * * * Тебе шестнадцать, ты учишься на гранте в заведении мажоров и едва сводишь концы с концами.Буллинг, постоянные драки, работа по ночам — никто не говорил, что эмигранту легко выжить, особенно когда практически остался без родителей (мать в реанимации в состоянии овоща — не в счет. Кстати, еще счет за больницу пришел и этих денег взять негде).
Авторы: Афанасьев Семён
из них на другую.
— Так, пауза. — Мартинес, внимательно наблюдавшая за товарищем, решила не частить. — Сейчас создам группу на троих, там всё будем письменно фиксировать. И для памяти, и для порядка.
— Никогда не был под управлением женщин, — заметил Седьков.
— Пха-ха-ха, а лет тебе сколько? — мгновенно отозвались подруги. — Ты же согласен?
— Было бы тупостью утверждать обратное.
Возле школы Рыжий придирчиво записал в свой блокнот на концентраторе стоимость такси.
Ана порывалась что-то сказать и уже набрала воздух, но её опередила Мартинес:
— Зачем? — оценив мимику товарища, она тут же добавила. — Я просто интересуюсь, любопытно. Без претензий.
— У меня сейчас ничего нет в сравнении с вами, — простенько пояснил однрклассник. — Но есть свои правила. Ещё есть мнение: если вести запись, кому сколько должен, мозги шевелятся лучше. Ответ на твой вопрос: для самодисциплины.
— Рыжий, ты просто прорвись! — попросила Эрнандес, приобнимая его за плечо. — Это уже будет самым лучшим, что ты можешь сделать.
— Да, просто разгреби свои кучи. Мутных перспектив. — Вздохнула Мартинес, без затей хлопая парня по заднице. — А там мы верим: за тобой не заржавеет.
— Блин. Вы заметили, что очень тонко сейчас манипулируете?
— Чем?!
— Кредитом доверия. — Во взгляде товарища на мгновение скользнул кто-то взрослый и уставший. — У меня теперь и соскочить вариантов нет. Хм, технично.
— Женская манипуляция — единственный бесперебойный источник влияния на мужика, — Айя не стала себе отказывать в мелких желаниях и снова хлопнула Седькова пониже спины. — Сейчас, конечно, уже можно и в лоб дать — слава концентраторам и имплантам. Но в принципе… Скажем, манипуляция вдлинную перспективнее.
Учащиеся старшей школы, стоявшие перед воротами, наблюдали за приближением странной троицы удивленными взглядами.
Латиноамериканки обменялись нечитаемыми для других фразами в чате, после чего замедлили шаг, демонстративно игнорируя всех вокруг.
Рыжий, несмотря на плохое зрение, на каком-то этапе возбудился:
— Дамы, тысяча извинений. Небольшое дело.
Мартинес, быстро проследив взгляд одноклассника через расширение, в привате объяснила всё подруге за половину секунды, а вслух сказала:
— Рюкзак давай. Подержим — мешаться за спиной не будет.
На глазах у всей параллели баскетболистка взяла рюкзак Седькова, а её подруга притянула Рыжего за затылок и на секунду прижалась лбом ко лбу:
— Давай. — Потом отстранилась и буднично объявила присутствующим. — Ставка! Сейчас Лысому будет больно и стыдно. Исполнитель — понятно кто. Тысяча! Нюанс: Рашид сейчас потеряет или бабло, или пункты внутреннего рейтинга. Без вариантов.
— Сумма потери неизвестна, — уточнила Эрнандес. — Но знак — однозначно минус.
— Однако, — от группы латиносов отделился Гарсия и подошёл к соотечественницам.
— Дамы, не подскажете, как это понимать?
— Это не твоя информация, — спокойно ответила Ана.
— Ты не хочешь ничего объяснить перед тем, как втягивать остальных в конфликт с южанами? — Диего был убийственно вежлив и настойчив, загораживая дорогу. — Хотя бы потому, что это не только ваши дела. И юзать других втёмную некрасиво.
Какую-то секунду все трое смотрели друг на друга.
— Я не в курсе подробностей, но утром прошли слухи насчёт Анхеле. — Гарсия, вопросительно посмотрел на баскетболистку. — В чате парней, одном из.
— Это твоё дело?! — Ана неподдельно изумилась. — Ты не дохера ли на себя тянешь? Тебя при всех огорчить?! Ты…
— Уточнение! — Мартинес подняла вверх руку. — Этот проект — лично нас двух! Не всех латинос! — Затем снова обратилась к Гарсия. — Инцидент исчерпан?
— Да. Но вы меня очень удивляете. А когда я чего-то не понимаю, я этого боюсь. А когда я чего-то боюсь, я крайне неконструктивен.
— Твои проблемы, — пожали плечами подруги, делая шаг вперёд.
— Диего, ты хочешь сказать, что я должна с тобой согласовывать свои, м-м-м, финансовые дела? — рослая Эрнандес чуть нависла над более низким соотечественником. — Речь о моей ставке. Ты теперь претендуешь на управление моими деньгами? Я правильно понимаю ситуацию? Ещё ты хочешь, чтобы я тебе отчитывалась по личной жизни? Не упустила ничего?
Её внешний вид был обманчиво кроток.
— И моими деньгами. И тем, как я их зарабатываю, — добавила Мартинес. — Прям интересно, а как это ты о моей личной жизни не спросил. Уж я б знала, что ответить, — она похрустела костяшками пальцев.
— Нет, так вопрос не стоит, — неглупый соотечественник мгновенно сдал назад. — Но…
— Давай пока на этом сделаем паузу? Потом продолжим? —
