Учился на мехмате, занимался спортом, никого не трогал. Строил планы и кое-чего добивался — даже грант в магистратуре ТАМ выиграл. Как раз поехать хотел, а тут — …КАК я попал СЮДА и В ЭТО?! Блин, ну я не сноб, но ТАКООООЕ ? этого не должно быть. Просто не должно быть. Но оно есть, и я весь в нем. * * * Тебе шестнадцать, ты учишься на гранте в заведении мажоров и едва сводишь концы с концами.Буллинг, постоянные драки, работа по ночам — никто не говорил, что эмигранту легко выжить, особенно когда практически остался без родителей (мать в реанимации в состоянии овоща — не в счет. Кстати, еще счет за больницу пришел и этих денег взять негде).
Авторы: Афанасьев Семён
Ду ну? Хамасаки-младшая неожиданно решила внести свою лепту? И как это понимать?
— Адреналин — собственный, от природы. — Продолжает Миру. — Ещё льётся кое-что принудительное, уже из концентратора.
— У меня другое предложение. — Улыбка кабана выглядела бы беззаботной, если бы не его глаза. — Ты сейчас платишь свою ежедневную сумму — и я о тебе забываю до завтра. Можешь жить какое-то время.
— Поверь, это очень хорошее предложение, — добавляет Чень, подходя к нам. — Потому что есть ещё и я, и твои обязательства мне.
— Мои обязательства в твой адрес существуют только в твоём воспалённом воображении, — поворачиваю голову к китайцу так, чтобы не терять из виду толстого. — Пошёл н****. Тебя в чужой разговор никто не звал.
Хань поднимает левую бровь и молча тянет свою руку ко мне.
— Эй, замер на месте! — рядом с нами неожиданно оказываются Эрнандес и Мартинес.
Не иначе как тоже врубили расширения.
Бл*. Ругаться с ними сейчас — очень некстати; но чтоб они лезли — тоже категорически не вариант.
И что делать?
Долбаный экспромт.
— Вам чего? — Чень безукоризненно вежливо спрашивает у девчонок, чуть отступая назад, буквально на полшага.
Не понял, он что, тоже хочет видеть всех? Дамы решили серьёзно участвовать, а хань это как-то понимает через приложение?
Чёрт. Чёрт. Чёрт.
Своих забот хватает — нужно марку держать, а тут ещё такая нагрузка на мозги невовремя.
— Есть ставка, есть её условия. Ты сейчас лезешь в чужой договор, — отвечает китайцу безбашенная (как оказалось) Мартинес. — Ты же не думаешь, что я буду смотреть, как ты обсираешь мне сделку?
— Я свои финансовые интересы буду защищать, — обманчиво скромно сообщает Эрнандес. — От абсолютно ЛЮБЫХ поползновений, кто бы о себе что ни думал. Это может оказаться неприятным тебе лично, веришь?
Вместо ответа китаец что-то бросает назад на своем языке. Несколько его земляков отделяются от толпы и подходят вплотную.
— Латинос! Поддержите дам! — громко просит баскетболистка, не оборачиваясь и почему-то по-английски. — Не в рамках диаспоры! По дружбе!
— Это не вопрос латинос! Это личное дело…! — Гарсия пытается перекрыть всех голосом, добавляя что-то по-испански, но его никто не слушает.
Земляки моих подруг, весело перебрасываясь короткими восклицаниями, вроде как «подкрепляют» девчонок — головой не верчу и подробностей не вижу, ориентируюсь на слух.
Китайцы при виде движения напротив замирают, не доходя до нас пары шагов.
— Ало, Чень, — за правым ухом сзади раздаётся голос Мануэля. — Поговорка есть: двое в драку — третий в *****. Слыхал?
— Это правило сейчас не работает, — бесстрастно парирует китаец. — Я сам решаю, что мне делать. И с кем.
— Ну тогда и ты не обижайся, — латинос подходит ещё ближе. — Тут всё просто, косоглазые: сегодня вы нашим дамам сделку перегадите, несмотря на договорённости. А завтра что?
— Это не вопрос диаспор, — Эрнандес улыбается во все тридцать два, обернувшись на мгновение назад и, кажется, обращаясь к Гарсия. — Это вопрос Тотализатора. Вмешательство третьей стороны в ход мероприятия после согласования условий.
Чень на мгновение подвисает, потом ещё раз что-то говорит по-китайски. К ним подходят Онода, Саджо плюс кое-кто из японцев на год младше (не знаю имён, лица без очков вижу расплывчато).
— Hermanos! — не смутившись, весело орёт Мануэль, поднимая вверх руку.
До меня доходит: похоже, у Гарсия и до этого были проблемы в иерархии, а сейчас их битва за лидерство просто прорвалась наружу.
Хм, в выгодный для меня момент.
— Как интере-е-есно-о, — раздаётся нарочито спокойный голос Хамасаки. — Кажется, у нас в школе действительно назревает новая эпоха.
Бригаду латиносов тем временем усиливают итальянцы, пара темнокожих (из Африки? Или как она тут называется?). Последние, что интересно, говорят на другом языке, но отлично с испаноговорящими друг друга понимают.
Португальский? Напрягаю мозги и вспоминаю: в моём мире Бразилия отлично общалась с тем же Парагваем и наоборот. Да, взаимопонятные языки.
Чёрт. Долой лишние мысли из головы: сейчас важно не пропустить самый первый и самый интересный момент кульминации.
На каком-то этапе Рыжий даже слегка опешил от такого неожиданного поворота событий, ей это было хорошо заметно: поначалу — из-за того, что они с Аной к нему присоединились, потом — когда позвали земляков.
Диего прыгал и размахивал руками сзади, пытаясь удержать уплывающую из рук власть, но кто бы его слушал.
Обстановка позволяла, потому Айя параллельно с разборками отбила в чате:
«А я тебе говорила. Нашим
