Учился на мехмате, занимался спортом, никого не трогал. Строил планы и кое-чего добивался — даже грант в магистратуре ТАМ выиграл. Как раз поехать хотел, а тут — …КАК я попал СЮДА и В ЭТО?! Блин, ну я не сноб, но ТАКООООЕ ? этого не должно быть. Просто не должно быть. Но оно есть, и я весь в нем. * * * Тебе шестнадцать, ты учишься на гранте в заведении мажоров и едва сводишь концы с концами.Буллинг, постоянные драки, работа по ночам — никто не говорил, что эмигранту легко выжить, особенно когда практически остался без родителей (мать в реанимации в состоянии овоща — не в счет. Кстати, еще счет за больницу пришел и этих денег взять негде).
Авторы: Афанасьев Семён
Хань не стал испытывать судьбу, что-либо красиво изображать или тянуть. Подлетев к ставшему неожиданно опасным (с ошейником) Седькову, он все силы вложил в единственный добивающий удар в висок.
М-м-м, ну убить не должен. Наверное. Но этот балаган пора заканчивать как можно более гарантированным способом.
— Ха. — Короткий выдох Хамасаки знающим её близко дал понять, что накал её эмоций не уступает китайскому.
Очкарик, продолжая скользить мимо китайца, опять изобразил этот свой танцевальный элемент: нагнулся в поясе, пропуская удар над головой, затем выпрямился.
— Вот это да!
— Тема!
— Зрелище класс!
Непосредственные латиносы, поставившие деньги против Седькова, душой, тем не менее, непоследовательно болели за него.
— Дети джунглей, — вздохнул Макс. — Кретины.
Убогий тем временем технично разминулся с семенящим Ченем и теперь сам оказался у противника за спиной.
— А! — Юнь чуть было не забилась раненой птицей.
До неё только сейчас дошло: в пылу переживаний лично она за таймером не следила в принципе, пропуская мимо ушей команды рефери.
— ВРЕМЯ! — Мануэль продемонстрировал, что умеет делать то, за что берётся, что бы ни происходило.
Кроме него, как оказалось, за секундомером не смотрел вообще никто.
Седьков за мгновение до окончания минуты отвесил китайцу коленом под поясницу. Примерно на двадцать пять сантиметров ниже неё.
Чень вспыхнул перезрелым помидором, взвился в воздух и, казалось, развернулся в полёте.
— Ты проиграл, — спокойно произнесла Хамасаки.
Китаец зло вздёрнул верхнюю губу и набросился на русского по второму кругу, не обращая внимания на сигналы со стороны электронного арбитра и крики латиноса.
То время, которое хань сокращал дистанцию, Седьков глядел на него, как исполнитель смертного приговора — на затылок жертвы.
— Ну это нечестно, — высказался от англоговорящих Ник, сплёвывая в сторону. — Рыжий его в затылок не тюкнул сознательно, не случайно. А он теперь кулаками махать после драки. Бл*, неблагородно как-то.
— Угу. Похоже, о чести уже никто не говорит, — меланхолично ответил Макс.
Не то чтобы немец топил за англичан или за русского (боже упаси), но кто же откажется бросить какашкой в китайцев? Особенно если есть что.
По иронии судьбы, за две секунды после формального окончания боя убогий и Чень выдали друг по другу больше ударов, чем за весь предыдущий бой.
Кулаки китайца молотками прошлись по лицу очкарика на очень короткой дистанции — убогий старательно извивался ужом и отделался только стесанными лоскутами кожи.
Сам он в ответ боднул противника лбом, затем ещё раз, и ещё.
Шипы на его кулаках мелькнули в воздухе и полноценно вонзились вначале в бицепсы Ченя, затем — в грудные мышцы.
— СТОП! — Мануэль что-то скомандовал парням по-испански.
Больше половины переводчиков затупили.
Человек десять латиносов вперемешку с англоговорящими мгновенно рванули вперед и растащили дерущихся к противоположным стенкам коридора.
— Бл*, да отцепитесь вы от меня! — Седьков возмущённо стряхнул себя руки учащихся параллельного класса. — Я в ресурсе! Тьху… хотел сказать, я в себе! Это он после гонга воюет, а не я; чего вы в меня вцепились?..
Те, кто держал его, взглядами сверились с Мануэлем. Тот внимательно всмотрелся в глаза убогого и махнул им рукой.
Очкарик привалился спиной к стене и сполз на корточки вниз:
— Чья взяла в итоге, если по этому вашему электронному судейству? Никогда ему не доверял, сплошной пи**ёж и подтасовки. Бой так себе и вшивенький, но норадреналин как под трактор попал.
Многие, если не все, подумали: Рыжий сегодня впервые в жизни прыгнул выше головы.
Да, противной крысой от этого он быть не перестал, но шоу, чёрт возьми, было занимательным.
Занятно.
— Кто победил?! — очкарик требовательно повторил свой вопрос в полной тишине.
Разумеется, ему никто не ответил.
— Козёл. Мразь. Кусок говна. — Юнь ненавидяще посмотрела на него и понесла проклятиями, не повторяясь.
Видимо, она больше не нашла в себе сил, чтоб сдерживаться: злые и жгучие слёзы хлынули по её щекам в два ручья.
— В принципе, после голых сисек на весь мир уже можно и не стесняться: слезами такую репутацию не испортишь, — непосредственный Макс, сам не желая, непринуждённо прошёлся по больным и свежим мозолям.
Время от времени он пытался подкатывать к Сяовэнь тайком от прочих — в надежде на изощренный азиатский секс. Однако тонкими материями не оперировал и регулярно нарывался на скандалы.
Сейчас тоже: ему очень хотелось что-то сказать, пользуясь моментом, просто чтоб поговорить с
