Старшие Арканы

Нэнси такого, понятно, не дождешься, а вот на досаду Генри посмотреть будет приятно.
Одеваясь, он все прикидывал, что и как лучше сказать, и английский язык все больше представлялся ему грубоватым, не способным выразить нужные оттенки. Но точно донести до окружающих ваши мысли, чувства и переживания вообще сложно. М-р Кенинсби никогда не давил на других. Ему достаточно было просто слегка обозначить свое отношение. Нельзя давать волю эгоизму — особенно в рождественскую ночь! Он рассмотрел и отверг жалобное «Пожалуй, вы не откажете мне в праве спуститься к вам…» и решил остановиться на жизнерадостном «Ха-ха! Ну вот, видите: нечего меня было укладывать. О, Сибил, а ты… ты не…». Обидно. Он не мог придумать, что бы такого жизнерадостного сказать Сибил. Он оделся, выключил свет и вышел.
Комната м-ра Кенинсби располагалась наверху, рядом со спальней Аарона. Коридор поворачивал направо, потом налево, и каждый поворот кончался маленьким тупиком. В самом дальнем углу справа была дверь в кабинет Аарона и в ту чудною внутреннюю комнату с марионетками. Ему понравилось, как он назвал их при Генри, и когда он посмотрел на дверь, слово вспомнилось снова.
К немалому своему удивлению, выйдя из комнаты, м-р Кенинсби обнаружил в коридоре странную процессию, только что миновавшую его дверь. Молодой мужчина впереди ничем не напоминал Генри; этого человека он вообще никогда не видел. На нем было длинное пальто, как у шофера; но руки торчали из рукавов, а тонкой шее было слишком просторно в воротнике. Нет, это не шофер. Да и нечего шоферу делать на втором этаже. Женщину, шедшую впереди, м-р Кенинсби хотя и с трудом, но вспомнил. Глаза опущены долу, одеяло обернуто вокруг костлявых плеч — «Экстравагантно! — подумал уже не столько изумленный, сколько негодующий гость — да это же та сумасшедшая старуха, которую мы встретили по пути сюда». Несомненно, это она: спутанные седые волосы, в их прошлую встречу они бились на ветру; согбенная спина; рука придерживает одеяло у горла. Она, похоже, идет по следу: голова наклонена вперед и вниз. М-р Кенинсби непроизвольно вытянул шею, пытаясь разглядеть, что она ищет — и увидел перед старухой котенка. Он смотрел им вслед в полном недоумении, а загадочная процессия тем временем двигалась дальше. Котенок мягко переступал лапами, внезапно замирал на середине шага и так же неожиданно продолжал путь, не забывая обнюхивать все вокруг себя; старуха в нелепом одеяле шла следом; а замыкал шествие молодой человек в пальто.
М-р Кенинсби покрылся мурашками. Откуда взялся котенок? И почему свихнувшаяся карга так тихо крадется за ним? Может быть, это ее котенок, и она хочет его поймать? Но она вовсе не торопится; если котенок останавливается, останавливается и она; если он идет, она просто идет следом. И все их движения повторяет этот дылда в пальто. Безумие какое-то; да просто жуть! Не отпуская дверной ручки, м-р Кенинсби смотрел им вслед.
Хозяин должен бы знать о происходящем — но вот знает ли? Это жалкое существо, похоже, недолюбливало Аарона. А вдруг он и правда не знает! Не похоже, чтобы он позволил совершать подобные маневры по дому старухе в одеяле, котенку и молодому головорезу в пальто с чужого плеча — особенно если учесть, что в доме Сибил и Нэнси. Правда, Си-бил, помнится, замечательно управилась с ними на дороге, но все равно… А если Нэнси на них наткнется? А если эта дьяволица нечаянно уронит одеяло, хорошо, если нечаянно, а ну как нарочно? У м-ра Кенинсби похолодело внутри, едва он представил себе, что может случиться. Он выпустил дверную ручку и произнес неожиданно твердым, но почему-то довольно тихим голосом:
— Эй вы, там!
Никто не обратил на него ни малейшего внимания. Котенка уже не было видно, процессия добралась до конца коридора. По крайней мере он должен узнать, куда они идут. Может быть, они просто хотят принять ванну. Господи, только не это! Мысль о том, что ему придется пользоваться ванной комнатой после этой старухи, что у них вообще может быть что-то общее, даже желание принять ванну — мысль эта показалась м-ру Кенинсби чудовищной. А котенок? Что делает здесь котенок? Ладно бы на его месте оказалась служанка, провожающая гостей в их комнаты… Может, это тоже марионетка? Ха! Попробовал бы котенок провожать в комнату самого м-ра Кенинсби! Короче, он идет за ними. Надо же посмотреть, а вдруг они ворвутся к Нэнси! Он должен избавить ее от подобного потрясения. И он не желает больше видеть Сибил на коленях, как в церкви. Она сегодня уже была в церкви. Причастилась. М-р Кенинсби крадущимся, как ему казалось, шагом двинулся по коридору. Он твердо вознамерился не допускать больше никаких сомнительных благословений. В церкви — пожалуйста, а здесь вам не церковь, здесь — частное владение.
Пришельцы