Старт

сделать, — нахмурилась Кула. — Ты не рад?
В себя-то пришёл и, подойдя к девушке вместо ответа, поцеловал ту в обнажённое плечико, та на миг прильнула ко мне, а потом вернулась к своему занятию, чуть слышно костеря Тину. Как понял, Кула мне жарит пару отбивных, которые начинала готовить моя работница, но потом выключила. Кстати, а где сама Тина? По словам Кулы, та только и рада, что нашлась другая, которая займётся моей кормёжкой, а у самой есть дела поважнее.
— Чего Серб хотел? — застыла рука с ножом у Кулы над помидором, который она собралась порезать.
— Много чего, — усмехнулся я, — да только уехал ни с чем.
— Ты не согласился?
— На что? — вопросом на вопрос ответил ей, понимая, что той какая-то часть разговора явно не является тайной.
— От меня и Лиски отказываться, это же очевидно, — пожала та плечами, а потом, постаралась незаметно выдохнуть и стала тоненько шинковать помидор.
Ножом работает быстро и уверенно, знает толк в приготовлении пищи, хотя мясо не смогла спасти.
— Не стал, — ответил ей и сел за стол.
Минут через пять, меня покормили, по словам Кулы: «Вкусной и полезной пищей!». Возможно, салат и чашка кофе таковыми и являются, но желудок не удалось убедить, что это пища, в прямом понимании. Желудок забурчал сразу же, когда всё съел. Пришлось Куле продолжить готовить, время от времени принимая соблазнительные позы, от которых про голод забываю напрочь. Распалила она меня здорово и самое главное до тела не допускает, говорит, что пока не накормит, ни о чём другом речи быть не может. Вот, нож на пол уронила! Нет, чувствую — не поем сегодня, слишком уж соблазнительно наклонилась, и найти пропажу не может. Встаю и медленно к ней иду, на ходу расстёгивая джинсы. Твою мать! Тройной звонок! Один в дверь и ожили телефоны, мой и моей «кормилицы».
— Не судьба, — усмехнулась Кула и, разогнувшись, потянулась к трубке телефона, лежащей на столе.
Её телефон с блестящими камушками и большим дисплеем высветил одутловатое лицо мужика, на котором полицейский мундир. На моей трубе вызов от неизвестного номера, а в дверь надрывно звонят.
Кула стала отвечать, а я пошёл посмотреть на настырного посетителя. Лицо телохранителя Серба на экране выглядит растерянным, а из пореза на щеке идёт кровь. Больше ничего в камеру не видно, точнее, никого рядом нет и это не похоже на обещание главы клана, что когда он узнает о нахождении его жены в моём доме устроить мне членовредительство.
— Что случилось? — спрашиваю, открыв дверь, предварительно сняв пистолет с предохранителя.
— Кула нужна, срочно! — выкрикивает тот.
— А я тут при чём?
— У меня большие проблемы, точнее у всего клана, — раздался за спиной голос девушки.
Та переоделась, нахмуренна и серьезная, в глазах появилась холодная сталь. Такой Кулы мне видеть не доводилось.
— На звонок ответь, — сказала мне, а телохранителю приказала: — Рассказывай!
— Да, — сказал я в трубку.
— Как только мы отъехали, — начал телохранитель, но Кула его остановила взмахом руки, услышав голос в моём телефоне.
— Гон, просьба к тебе есть, — сказал Серб, уставшим голосом.
— Слушаю, — ответил я.
— Ты один? — уточнил мой собеседник.
— Не совсем, — дипломатично отвечаю, смотря в глаза девушки.
— Сделай так чтобы никто нашего разговора не слышал, хотя бы из окружающих, про разума сети или подслушку не говорю, — попросил глава клана.
Молча вышел на улицу и отошёл от дверей порядка десяти метров.
— Говори, рядом никого, — сказал своему собеседнику, понимая, что тот оказался в непростой ситуации.
— Так получилось, что я в городе Раллей и мне необходимо как можно скорее вернуться в Овалон. Доверять после произошедшего могу Лиске и Куле, но им за мной нельзя, а сам доберусь не скоро, — сказал Серб.
— Случилось-то чего? — озадаченно спросил я, удивляясь, что он обратился за помощью ко мне.
— В засаду мы попали, машину расстреляли и хотели меня живым взять, пришлось одной жизнью пожертвовать, — ответил мне Серб, а потом продолжил: — Мне светиться нельзя, на тебя никто не подумает, что ты за мной поехал, да и не знает ни одна душа, что в Раллей возрождаюсь.
— Мне не на чем за тобой ехать, — честно ответил, так как Джус стоит расстрелянный, а Кобра ещё не готова.
— Скину, где машину взять, если согласишься. За то, что привезёшь, заплачу пять тысяч, но всё остальное останется так как договаривались, в том числе наша дуэль и твои шашни с моими девчонками.
Стою и не знаю, что ответить. С одной стороны предложение заманчивое, но не может ли это являться ловушкой? Сегодня меня уже пытались убить, но скорее всего, покалечить и исключать