Старые письма

ненужным и даже ненормальным.
– Мадам Маркова никогда не простит меня, если я уйду! – грустно возразила Анна. – Она отдала нам всю свою жизнь, и больше у нее никого нет. И она вправе ожидать того же от меня.
– Но почему ты одна должна отвечать за всю школу? – возмутился Николай.
И тогда она засмеялась в ответ, и впервые за эти грустные дни в ее глазах зажегся прежний лукавый огонек.
– Да потому, что я самая лучшая танцовщица!
– И уж наверняка самая скромная! – с веселой улыбкой подхватил Николай. – Впрочем, ты права. Тебе действительно нет равных, но это все равно не повод жертвовать всей своей жизнью.
– Николай, да ведь балет – это не просто танец. Это образ жизни, это искусство, это часть твоей души, это религия!
– Анна Петровская, ты настоящая сумасшедшая, но я невзирая ни на что тебя люблю! – Слова вырвались у Николая сами собой, и он в ужасе поднял взгляд, но Анна ничего не сказала. Она тоже понимала, что это произошло случайно, против его воли, и решила просто не обращать внимания.
Тем временем валивший в течение целых двух дней густой снег прекратился, и они вышли в палисадник возле дома, где Анна не удержалась и стала кидать в Николая снежками. Он не находил слов, чтобы описать свое счастье. Николай обожал ее по-детски открытый живой нрав, с которым удивительным образом сочеталась взрослая целеустремленность и преданность тому, во что она искренне верила. На свете больше не было такой замечательной девушки, как Анна. И когда Николай наконец распрощался с нею и отправился домой, чтобы привести себя в порядок после ночного дежурства, оба с радостью отметили прежнюю легкость, вернувшуюся в их отношения. Тучи, омрачившие в последние дни их дружбу, рассеялись почти без следа, и снова засияла надежда, что им удастся выдержать добровольную епитимью, наложенную Анной. На протяжении следующих недель ничто не нарушало размеренного течения времени, и оба считали, что их вполне устраивает заключенное соглашение.
Николай появлялся в ее домике не реже двух раз в день, а когда мог, то и чаще. Он оставался у Анны то на обед, то на второй завтрак, а иногда приходил с самого утра. Погода сильно испортилась и не располагала к прогулкам, а потому они предпочитали проводить время в гостиной. Правда, к концу января выдавалось все больше ясных дней.
Здоровье Анны неизменно крепло, хотя говорить о возвращении в школу было еще очень рано. И девушка больше не торопила события. В свое время она позволила мадам Марковой уговорить себя уехать на месяц, однако Николай настоятельно повторял, что ей следует отдыхать до марта, а то и до апреля. В очередном письме Анна сообщила своей наставнице, что согласна еще пожить в Царском Селе. Мадам Маркова только порадовалась такому благоразумию. Императрица также была довольна. Им было приятно общество юной балерины.
Великие княжны непременно заглядывали к ней на чай, когда освобождались от уроков и работы в госпитале. А Алексей проявил себя заядлым картежником. Он освоился с Анной настолько, что давно считал ее чуть ли не членом семьи. И именно он заявил, что Анне обязательно следует присутствовать на балу, который первого февраля устраивают его родители. Из-за войны во дворце уже позабыли, когда в последний раз танцевали на балу. А императрица очень жалела своих дочерей, столь самоотверженно трудившихся на благо раненых. Девушки ухаживали за солдатами не покладая рук и так мало отдыхали, что государыне не стоило большого труда убедить своего царственного супруга дать согласие. Этот бал наверняка поможет великим княжнам поднять настроение и набраться новых сил. Алексей единым духом выложил новости Анне, после чего отправился к матери и заявил, что желает пригласить их гостью на бал.
Императрица ответила, что будет только рада, и не стала дожидаться ответа от Анны, а просто отправила ей на примерку новую партию платьев, как это было перед званым обедом. Но на сей раз речь шла о более торжественном мероприятии, и Анна была поражена роскошью и изысканностью предлагаемых ей на выбор туалетов.
Они были сшиты из самого дорогого атласа, шелка и бархата и отделаны кружевами и вышивкой и достойны самой великой королевы или царицы. Анна чувствовала себя ужасно неловко. Наконец она выбрала белое атласное платье с золотой вышивкой, так тесно облегавшее ее талию, что она становилась похожей на сказочную королеву. Алексей потребовал продемонстрировать ему наряд и решил, что именно так должна выглядеть принцесса фей. Николай еще не видел Анну в этом платье, но Алексей прожужжал ему все уши. Туалет довершала атласная белая шляпка с такой же золотой вышивкой и оторочкой из горностая. Это действительно был королевский наряд, прекрасно контрастировавший с темными волосами