Стеклянный дом

раз. Майкл покачал головой.
— Плохая идея, — сказал он.
Может и так. Но она все равно собиралась попробовать.

Она была слишком напряжена, чтобы спать. Кроме того, болела спина, и мысль о том, что придется провести в бездействии еще одну ночь, была невыносима. Брэндон не казался ей парнем, который станет оттягивать реванш; а Шейн — Шейн был из тех, кто держит данное слово.
Если он хочет быть укушенным, прекрасно, но пусть не использует ее как предлог.
Шейн не выходил из своей комнаты всю ночь. Она не услышала ни звука, когда прислушивалась к его двери. Ева изобразила наушники и сделала жест, будто включает невидимую стерео систему. Клэр понимала его; когда-то она провела много часов, пытаясь сбежать от реальности с помощью своих собственных наушников.
Ева одолжила ей свой ноутбук — древний, большой и черный, с символом биологической опасности, наклеенным на панели. Когда Клэр воткнула его в розетку и загрузила, то на рабочем столе увидела мультяшного Мрачного Жнеца, который держал дорожный знак вместо косы. На знаке было выведено МОРГАНВИЛЛЬ, со стрелкой, направленной вниз.
Клэр не удержалась, и воровато кликнула по паре папок — и обнаружила, что они полны стихов. Ева любила смерть, или, по крайней мере, любила писать о ней. Витиеватые романтические вещи, кровь и страх и мрамор луны… а потом Клэр заметила даты. Последнее стихотворение было закончено три года назад. Еве было сколько, пятнадцать? Она мечтала о вампирах тогда , а потом что-то изменилось. Никаких стихов за последние три года…
Ева вошла в открытую дверь.
— Нормально работает? — спросила она. Клэр виновато вздрогнула и жестом показала ей, что все хорошо, одновременно открывая соединение с Интернетом. — Хорошо, я звонила своей кузине в Иллинойс. Она позволит нам использовать ее счет на PayPal, но мне придется переслать ей немного наличности завтра. Вот номер счета. — Она положила листок бумаги. — Мы же не сделаем ничего, что убьет ее, да?
— Не-а. Я не буду покупать много в одном месте. Куча людей покупает кожу, инструменты и прочую чепуху. И бумагу… насколько старой должна быть эта книга?
— Старой.
— Она на пергаменте?
— Это такая бумага?
— Пергамент — это самый старый материал, используемый для печати книг, — сказала Клэр. — Делается из овечьей кожи.
— А, ну, думаю да. Она очень старая.
С пергаментом будет трудно. Его можно найти, но легко отследить. Но ничего хорошего в том, что ты умна, если ты не можешь справиться с такими вещами… Ах да, ей надо было подумать о том, чтобы кто-то еще занялся поисками. Слишком опасно оставлять следы, которые вели сюда, в Стеклянный дом.
Клэр ушла в работу. Она даже не заметила, как Ева вышла и закрыла за собой дверь.
Клэр занималась этим вопросом четыре дня. Четыре полных дня. Ева приносила ей наверх суп, хлеб и сэндвичи. Шейн зашел раз или два, чтобы сказать, что она свихнулась, и что он хочет, чтобы она не совалась в его дела. Клэр пропустила это мимо ушей. Ее невозможно уже было переубедить или отвлечь, когда полностью во что-то погружалась. Она слушала его, и даже что-то отвечала, но она его не слышала. Как и ее родители, Шейн в итоге сдался и ушел.
Майкл зашел к ней в комнату незадолго до рассвета. Это настолько сильно удивило ее, что она ненадолго вышла из своего транса.
— Как продвигается? — спросил он.
— Миссия по спасению Шейна? Ага, продвигается, — сказала она. — Мне приходится действовать длинными кружными путями. Не оставляя следов. Не беспокойся… даже если вампиры разозлятся, они не смогут доказать, что мы сделали что-то кроме того, как принесли им то, что, как мы думали, они ищут.
Майкл выглядел удовлетворенным, но обеспокоенным. Он сильно волновался. Она вспомнила, что он был заперт в этом доме как в ловушке. Все, что он мог сделать — это сражаться с тем, что проникает в дом, чтобы причинить зло. За все остальное он мог только переживать. Она догадывалась, что это его сильно раздражало.
— Эй, — сказала она, — когда Ева идет на работу?
— В четыре.
— Но это же…
— Ночная смена. Знаю. Она там в безопасности. И я не думаю, что какой-нибудь вампир будет настолько глуп, что попытается встать на пути ее чертовой машины. Это же будет словно тебя переехал Хаммер. Я заставил ее пообещать, что Оливер проводит ее до машины, а Шейн встретит на улице и приведет домой.
Клэр кивнула.
— Я еду с ней.
— В кофейню? Зачем?
— Потому что там анонимный доступ в сеть, — сказала она. —