Одинокая девушка желает перемен! Любых! Лишь-бы не так скучно жить было, а в конце тоннеля женского одиночества забрезжил свет личной жизни! Но иногда желания исполняются буквально… И перемены в личной жизни Лели наступают — разительные!С одной стороны, у нее есть все шансы оказаться жертвой неуловимого маньяка-убийцы, с другой — в ее жизни возникает обаятельный, мужественный и абсолютно холостой следователь…До счастья подать рукой? До счастья можно и не дожить! Необходимо действовать!..
Авторы: Володарская Ольга Анатольевна
это могло привидится.
— Он алкоголик, но не шизофреник, — оскорбилась за соседа я.
— Да ладно, его «белочка» посетила, а вы…
— Какая еще белочка? Чего вы тут зоопарк развели? Колян же ясно сказал, что незнакомец спрашивал у него…
— Хватит болтать, — невежливо оборвал меня Геркулесов. — Давайте вашего Коляна сюда, я его сам допрошу. Конечно, толку от этого не будет, но для вашего успокоения.
— Да почему вы так наплевательски относитесь к таким ценным сведениям? — возмутилась я.
— Потому что незнакомец (если он не плод больного воображения, конечно) мог быть просто вашим поклонником.
— Чего?
— Того. У вас их, поди, полно.
— С чего вы взяли?
— Вон у вас какие… — глаза его недвусмысленно уперлись в мою вздымающуюся от возмущения грудь, — … очи черные. И все остальное тоже…
— Черное?
— Красивое, — протянул Геркулесов, оторвавшись, наконец, от созерцания моих прелестей.
— Да нет у меня никаких… — тут я прикусила язык. Нечего ему знать, что я далеко не сердцеедка. — Хм… Поклонники у меня есть… конечно… даже много… Но это был не поклонник, — более уверенно затараторила я. — Это был убийца, он и лифт, наверное, сломал, чтобы мне напакостить…
— Ну конечно, — Геркулесов выдал свой фирменный смешок. — Такой умный, изобретательный и осторожный взял, да и показался вашему дегенерату на глаза.
— Он, наверняка, был уверен, что Колян его не видел. Или же он замаскировался. Или думал, что Колян заспит. Или надеялся, что вы, наш премудрый оперуполномоченный, ему не поверите. Да мало ли, что творилось в его голове!
— Давайте вашего алкаша, — выпучив на меня глаза, гаркнул Геркулесов.
— Не видите что ли, что нет его? — гаркнула я в ответ и шаркнула ногой под лавкой.
Коленька заглянул под скамью.
— Он, правда, там живет?
— Прописан он в квартире 59, но там он только ест и моется иногда. А здесь его излюбленное место.
— И во сколько он возвращается… гм… домой?
— Когда как. Обычно в это время, но у него сейчас новая дама сердца, он, наверняка, у нее.
— Так. — Геркулесов нахмурился. — Так. Ну ладно, соседа вашего мы допросим, как будет возможность, сейчас меня волнует другое.
— Что именно? — с готовностью поинтересовалась я.
Геркулесов почесал затылок и задумчиво протянул:
— Имеет ли ограбление вашей квартиры связь с цепью убийств?
Я удивленно на него воззрилась, потаращилась со значением, потом, не дождавшись от него реакции на мой гипноз, сказала:
— Конечно, имеет.
— Ф-р, — фыркнул он, уничтожающе, — откуда вы взяли? Это, милая моя…
— Я вам не милая.
— Да уж, — хмуро буркнул он, — с этим я, пожалуй, погорячился.
— Пожалуй. К тому же, я не ваша.
— Слава тебе, господи, за это!
— Но-но! — я ткнула его в плечо, позабыв на минуту о том, что он лицо при исполнении, а значит, неприкосновенное.
— Так откуда вы взяли? — поинтересовался он, поморщившись от моего тычка. — Вроде, наш убийца мародерством не грешил.
— Посудите сами, — я придвинулась поближе к собеседнику. — Квартира перевернута, но практически ничего не пропало.
— Как ничего? — взвился он. — Вы же сами сказали, что украдены: магнитофон, золотая цепочка, кожаная куртка и энная сумма …
— 300 рублей, лежащие на тумбочке, приготовленные для покупки мешка картошки. Зато в шкафу под бельем (все домушники, кстати, в курсе, что российские бабенки прячут сбережения именно там) имеется заначка в 300 долларов, она там так и лежит.
— Не заметил. Проворонил. Да мало ли… — Он махнул рукой. — А двухкассетный магнитофон «Филипс»? Его-то украли. А цепочка?
— Магнитофону 5 лет, он старый, к тому же собранный в Малайзии.
— Сейчас ничем не брезгуют…
— А в моем столе лежал и, между прочим, до сих пор лежит плеер фирмы «Панасоник». Новенький. А рядом сотовый телефон «Сименс», правда, отключенный, но раз сейчас, как вы говорите, ничем не брезгуют, мог бы и прихватить. К тому же, куртка купленная на обычной барахолке за 150 долларов, пропала, а коллекционный пиджак от Сони Рикель висит на вешалке. Дешевая турецкая цепочка исчезла, а настоящее жемчужное колье (купленное у одной престарелой графини еще моей бабкой) так и болтается на шее у куклы.
— Но он же не знал, что вы на кукол настоящие жемчуга вешаете! — возмутился Геркулесов.
— Вот именно! Ничего-то он не знал! Ни где деньги обыватели прячут, ни как барахло от фирмы отличить. Уж больно подозрительный домушник.
— А с чего вы решили, что он профессионал? Может, это случайный воришка? Пьянь местная? У вас дверь на честном слове держится, ее любой мог открыть.
— Тогда он просто обязан был украсть и плеер, и телефон. Ведь
