Сто килограммов для прогресса. Часть первая

За что Аллах послал мне таких глупцов! Тысячник убежал наводить порядок. Скоро двинулись вперед, тех обожженных, кто громко кричал — добили, чтобы не оскверняли слух.
Вдруг впереди послышались выстрелы похожие на пушечные — только звонкие, зато очень частые. Аркебузы!? Опять крики раненых — я послал гонца с приказом идти вперед, не останавливаться. Но скоро остановились опять, выстрелы стихли тоже. Что-там? Без коня и видно плохо.
Прибежал командир второй тысячи — говорит что первая тысяча убита почти вся, и командир тоже. Есть убитые во второй тысячи. Но врагов так и не видно. Чуть не убил его в гневе! За что мне такое наказание!
Выстрелы прекратились. Приказал идти вперед — крепость рядом. Через короткое время — опять — огненные невидимые мортиры, невидимый враг. Передняя тысяча побежала назад. Трусы! Еле остановили — убили несколько трусов. Сказали, что убито еще несколько сотен воинов. Ну что у меня за люди! Ничего поручить нельзя! Как это, в них стреляют, а они не видят! Слепцы! Все надо самому делать! Пойду, посмотрю что там происходит, с земли ничего не видно.
Вдруг что-то сильно ударило в грудь. Дышать трудно! Свет меркнет.
Андрей Белов.
Османы пошли назад! Татары пытались напасть — но османы отходят осторожно, отстреливаются, пороха не жалеют. Татарам подставляться не хочется, да и луки у осман лучше. Так и двигаются два войска, между ними больше полукилометра. Вот только османы убитых и тяжелораненых бросили. Так татары на тела налетели, дербанят — раздевают, собирают оружие. Хотя это наша добыча, но татары наверняка думают — «все воевали». Не спорить же с ними из-за окровавленных тряпок. А на поле боя тел много — около тысячи
Османы загрузились на галеры, из речки заправились водой и к вечеру отчалили. Татары так и не напали. Они настроены трофеи взять, а не защищаться, проливая кровь. А пушки наносят большой урон, и умирать ради трофеев никто не хочет. Османы бросили больше десятка плотов, но там не было ничего ценного — в основном пустая тара.
Мы их сопровождали демонстративно — «уходите, трогать не будем», хотя руки чесались, но если они высадятся в другом месте и татары не помогут — я ничего сделать не смогу. Дальше их сопровождать послал две шхуны, сам пошел домой.
Не пойму — победили или нет? Нападение отбили, и по морю они в ближайшее время к нам не сунутся. А вот по суше — могут попытаться, с конницей и пушками. Но там надежда на Стефана Великого, он не должен их пустить через Дунай. Но это не завтра — собираться и добираться сушей — не один месяц. Большая часть войск — сохранилась, и это были далеко не все войска султана — вот это самое важное — война не окончена. И как произойдет следующее нападение — я не знаю, история уже изменилась.
Но победу отпраздновали! Как же, разгромили осман, почти без потерь. Одну шхуну все-таки потеряли. Они ходили добивать подожженные мавны, и на очередном штурме, наверное, расслабились. Османы устроили встречный абордаж — полторы сотни как навалилось. Вторая шхуна была на подходе — но за полчаса пока они шли — османы перебили всех, залили своей кровью и закидали телами — но шхуну взяли. Там какие-то другие османские воины были, янычары, или что-то вроде этого. Вторая шхуна подошла и всех добили, но на первой никто не выжил — жалко парней.
В центре военной части, в Чернореченске, у нас уже памятник — небольшая мраморная стела. У ее подножия мраморные доски с именами погибших солдат.
Вернулись дозорные шхуны — обе османские эскадры ушли в Босфор. Но наблюдать за Босфором мы не прекращаем. Нашлись несколько галер второй эскадры — одна мавна дошла до Каффы, но там неф-стационер правильно сработал — вышел навстречу, поймал в борт одно мраморное ядро, стрелки взяли галеру штурмом, перебили около половины воинов. Одна фуста пришла в Каулиту, там порт не охранялся — они высадились и напали на посад. Пришлось выходить гарнизону из крепости. Большую часть осман перебили быстро, но потом долго вылавливали нескольких оставшихся. Тогда и погибли двое наших солдат, да и среди местного населения были потери.
Выяснили, Ширины действительно собрали большую армию, и когда османы высадились около Каламиты, собирались к ним присоединиться. Но увидев войска Гирея, решили чуть-чуть повременить, потом еще чуть-чуть. Теперь рады, что не подставились. Но Менгли про это узнал, обвиняет их в предательстве, требует с них серебра за обиду. Интересные понятия, можно предать, а потом откупиться.
Основные наши приобретения — около девятисот освобожденных рабов — сидят на остром мысу. Около четырехсот пленных осман — сидят на мавне посреди Севастопольской бухты. Вся эта толпа съедает в день кучу еды, а еще больше надо пресной воды. Воду возит из Черной