Часть первая. Альтернативная история, попаданство, прогрессорство. 1472 год, Россия. Без магии. Механические и химические проекты в художественном оформлении. Сто килограммов роялей — это много. Закончена.
Авторы: Кузнецов Константин Николаевич
кони не защищены — кони мелкие, много железа просто не потянут. Даже шлемы похожи — стальная штампованная полусфера с приклепанным козырьком. Такой шлем, надетый на меховую шапку, неплохо держит удар.
Такие ногайские рыцари составляли два-три наружных ряда клина, внутри клина шли лучники с османскими луками и заводными конями. Это если под гвардейцем из первых рядов убьют коня, чтобы он смог сесть на нового. Если не затопчут. А уже за клином шло остальное войско.
Нур-Девлет был на острие этого клина, и его целью был Менгли, ориентировался он по «железной» гвардии и бунчукам. Когда атакующий клин приблизился к врагу, начали экономно работать револьверы — один всадник — один выстрел, и только когда патроны в барабанах закончились, подключились копейщики. Клин легко разрезал почти неподвижный строй.
Но когда Менгли услышал частую стрельбу — его сердце замерло. «Дож вооружил Нур-Девлета винтовками!» И он быстро отдал приказы — всем лучникам стрелять по центру атакующих, что лучники уже делали и без команды. И гвардии — маневр. Назад. Прикрывать хана, потому что винтовки у врага — это страшно.
Удар клина рассек строй простых воинов и «срезал» часть маневрирующей гвардии. Но патронов в барабанах только тридцать, а лучники с обеих сторон выпустили тысячи стрел. Клин таял, падали лошади, но и воинам тоже доставалось — доспехи не сплошные. Убили коня под Нур-Девлетом, но черкес подхватил хана на ходу, закинув на своего коня. Атака увяла, Нур-Девлет отступил к стенам крепости, зажав в угол между крепостью и валом три сотни врагов, которые тут же побросали оружие.
Пока Нур-Девлет пересаживался на другого коня, наводил порядок, разбирался с пленными, Менгли плавно отступал. С одной стороны — надо не потерять лицо, с другой стороны — винтовки у врага. Заявив — «мы их побили — вон они бурлят израненные!» Менгли повел свое войско на юг, домой.
У Нур-Девлета было много раненых, и еще все поле боя было усеяно убитыми и ранеными, чьи крики и стоны врывались в уши. Предстояло много работы — добить тяжелораненых, похоронить убитых, освежевать туши лошадей, посчитать трофеи. Особенно бронзовые пушки и минометы. Вот так, за один бой погибло почти две тысячи татарских воинов.
А я в это время вел борьбу за уголь. На транспортировке угля работали два парохода, две баржи-мавны и три парусных балкера-фусты. «Спартак» таскал их против течения по Дону и Северскому Донцу от Таны до Шахтинска. По течению спускались самостоятельно. От Таны до Адлера парусные балкеры шли под парусами, а мавны пришлось таскать «Архимедом», не успели оснастить галеры парусами. Против течения «Спартаку» даже удавалось тянуть по два балкера, они поднимали паруса, и довольно сильно помогали пароходу. Но если при очередном повороте речного русла выпадал левентик — встречный ветер — то скорость всего речного поезда сильно падала, вплоть до скорости пешехода. Но тут важно дотянуть до очередного поворота, почти наверняка следующий галс будет для косых парусов подходящим.
Так что в Адлер уголь стал поступать со скоростью 120–140 тонн в неделю, в зависимости от ветра. На балкерах мачты короткие, паруса небольшие, и сильный ветер давал им неплохую прибавку в скорости. Но этот ветер и требовал от моряков хорошей подготовки и постоянного внимания. Мы даже ввели на балкерах четыре вахты — это еще и отличная практика для начинающих моряков, я набрал еще греческих рыбаков в моряки.
Чтобы обеспечить такую добычу угля, еще до Босфорской операции, я отправил с Тамани в Шахтинск еще сотню рабочих. Но добычу обеспечили даже «старыми» силами, а дело вот в чем. Тот небольшой участок угольной жилы в овраге на берегу мы оценивали в 100–200 тонн. Далее, открытая добыча грозила перейти в шахту, хоть и совсем мелкую. С главной проблемой — откачкой воды. Но вышло по-другому само собой — пустую породу снимали с горизонта и выгружали часть наверх, и часть, на противоположную сторону оврага. Также прокапывали канал под жилой и до дна оврага. В результате овраг двигался за извлекаемой жилой, вода отводилась естественным способом в реку, и огромных земляных работ не требовалось, добыча все также велась открытым способом.
Но эта сотня рабочих не была лишней — еще велась срочная заготовка леса. Конечно, лес рубить лучше всего зимой, когда в нем меньше всего влаги. Но рядом с Шахтинском хорошего леса нет, его валят выше по реке и сплавляют. Но скоро река замерзнет и все, лес волоком не привезешь. А тут еще нашли хороший лес на берегу, но ниже по течению. И пока не было пароходов, воевавших осман, нарубили леса, навязали плотов. «Спартак» пришел, и, между делом, подтаскивает плоты к Шахтинску. Леса надо много — в планах усилить частокол, нарастить башни за зиму. Ну еще домов
