Страх

Скотт. — Таким же, как и ты.
Его хватка всё крепла, но внезапно, к удивлению, ослабла.
Ей показалось, он произнёс:
— Это всё сон…
И повторил всё мягче:
— Всё сон…
Рука Скотта упала. Из его горла донёсся булькающий звук, и изо рта потекла струя крови, образуя лужу вокруг головы. Глаза закрылись.
Больше он не шевелился.
— Кристал?
— Да?
В спальню сестры вошла Мелинда в джинсах, трико, и даже при небольшом макияже. Со времени того ужасного кошмара со Скоттом прошло уже три месяца, а Кристал иногда всё ещё удивлялась изменениям в Мелинде.
И в себе тоже.
— Без пяти три, — заявила Мелинда, поглядев на часы. — «Гордость и предубеждение» начнётся с минуты на минуту.
Ну некоторые вещи никогда не меняются. Мелинде всё ещё нравится смотреть старые чёрно-белые фильмы по телевизору.
Кристал села на постели и сбросила вниз рукопись «Гордости и предубеждения», которую Мелинда приказала прочитать, чтобы подготовиться к просмотру фильма. Она застряла на шестой странице.
— Мне не нравится, — сообщила она сестре. — Ты понимаешь это? Только не обижайся! Но эта книга — я даже читать её не могу.
Кристал пожала плечами. Все воскресенья они теперь проводили вместе.
Ужас событий трёхмесячной давности очень сблизил их.
Мелинда повернулась и посмотрела в окно на дом Скотта. Кристал промолчала. Особенно много об этом они не говорили. Всё было ещё слишком живо в памяти.
Родители Скотта переехали, а его самого поместили в психиатрическую клинику. Там он, скорее всего, и проведёт оставшуюся жизнь.
— Начинается, — сказала Мелинда, схватив пульт от телевизора.
Кристал услышала шум на улице. Вскочив, она подбежала к окну, и вскоре подозвала к себе Мелинду:
— Мэл, ты только погляди!
Они обе глядели на подъездную дорожку, и особенно на машину, припаркованную рядом с большим фургоном.
— Новые соседи, — сказала Мелинда. — Кто-то заходит.
Взглянув украдкой, Кристал заметила семью, выходившую из машину.
— Ничего себе, — пробормотала она. — Погляди-ка на того парня! Это — наш новый сосед? Какой здоровый!
— А ну, двинься! — воскликнула Мелинда, отпихивая локтём Кристал. — Я должна первой его увидеть!

— Скучал по мне?
— Конечно, ты же знаешь.
— А почему сам об этом не сказал? — игриво спросила Тина, вертя в пальцах телефонный провод.
— Каким поездом приезжаешь? — сменил тему Джош.
— Я уже три раза тебе говорила об этом, — вздохнула Тина. — Самым последним. Надо подождать Холли.
Джош что-то проворчал себе под нос. Они с Холли недолюбливали друг друга. Ничего серьезного: просто парень считал, что она слишком много болтает, и главным образом о себе.
А что Холли думала о Джоше? Тина не могла точно сказать. Холли была ее двоюродной сестрой и никогда не позволяла себе говорить плохо о бойфренде Тины.
— Мы очень долго будем вместе, Джош, — сказала Тина. — Целые выходные.
Отлично, ответил тот. Я уже дождаться этого не могу. Надеюсь, тебе понравятся мои друзья, Тина, они хорошие ребята и уже все про тебя знают.
Тина посмотрела в зеркало и заметила, что улыбается.
— А ты говоришь обо мне со своими друзьями? — спросила она.
— Да, иногда, — признался Джош. — В моей комнате висят твои фотографии. Ребята спрашивают меня о них.
— Ох, скорее бы выходные! — воскликнула Тина. — Это будет мой первый уикенд в колледже. Я буду жить в настоящей студенческой спальне.
Общаться с другими ребятами. И с тобой конечно же. Ты встретишь нас на станции?
— Конечно, — ответил Джош. — Без проблем.
Без проблем.
Как странно, что самые простые намерения порой оборачиваются такими сложностями.
«Без проблем», — сказал Джош. Но он ошибался.
Проблемы возникли — такие проблемы, масштаба которых никто из них и предположить не мог.

Тина Риверс в миллионный раз посмотрела на часы. Ей хотелось вскочить с места и подтолкнуть поезд к станции Паттерсон.
Она не видела своего парня, Джоша Мартина, с самого Рождества. Целых три месяца.
— Проснись, Холли, — потребовала Тина, легонько толкая свою кузину. — Мы уже почти приехали. Холли Филлипс потянулась. Ее кудрявые каштановые волосы упали на лицо, и девочка непроизвольно зажмурилась.