Страх

через некоторое время девушки поняли, что в особняке Дрекселлов происходит нечто странное.
А сейчас все, о чем могла думать Клодия, было лечение обгоревшего лица.
Она сходила в душ и переоделась в свободное желто-голубое платье без рукавов. Марла принесла в комнату Клодии флакон лосьона из алоэ и банку успокоительного крема для кожи. Она заставила Клодию выпить целую бутыль воды.
— Мне, правда, так стыдно, — повторяла Марла. — Никогда себе не прощу.
Когда мы возвращались, то шли с дюн по другой дороге. Я просто подумала…
— Я даже не помню, как уснула, — сказала Клодия, с неприязнью изучая свое ярко-красное лицо в зеркале на туалетном столике. — Должно быть, это изза того нового лекарства, которое врач прописал мне от аллергии. — Она тяжело вздохнула: — Похоже, будут волдыри. А потом кожа облезет. Буду выглядеть, как чудовище!
— Нормально выглядишь, — неубедительно отреагировала Марла. — Мне нравятся твои волосы. Ты их отпускаешь?
— Угу, — Клодия откинула назад каштановые волосы и стала втирать в лицо еще больше крема. — Больше никогда не выйду на солнце, — пробормотала она.
Ужин был накрыт в большой, парадной столовой. Четыре девушки сидели кучкой на краю длинного стола с мраморной столешницей. Гигантская хрустальная люстра нависала над центральной орнаментальной вазой с белыми и желтыми цветами.
— Для меня все это несколько непривычно, — призналась Софи, смущенно оглядывая комнату. — Тебе придется объяснять мне, когда какой вилкой пользоваться.
— Не придется, — сухо ответила Марла. — Ведь у нас на ужин чизбургеры и картофель фри.
Все рассмеялись. Казалось забавным есть чизбургеры с жареной картошкой среди всего этого великолепия.
— Альфред жарит гамбургеры там, на террасе, — сказала Марла. — По крайней мере, я надеюсь, что это гамбургеры. Он очень близорукий. Может поджарить пса и сам не заметит!
Софи и Клодия засмеялись, а Джой вздохнула и сделала вид, что чем-то подавилась.
Девушки познакомились с Альфредом, как только приехали. Это был веселый полный мужчина среднего возраста с розовой облысевшей головой и крошечными серыми усиками под носом в форме луковицы. Марла объяснила, что на всю неделю он единственный из персонала остался работать, а остальным родители дали отпуск.
Сейчас он входил в комнату, обеими руками держа большую серебряную салатницу.
— Я положу салат, — сказала ему Марла.
— Гамбургеры почти готовы, — сообщил Альфред, поставив салатницу на стол рядом с ней. Когда он выходил из комнаты, его ботинки сильно скрипели.
Марла поднялась и начала раскладывать салат в фарфоровые тарелки.
— Нам будет так интересно, — восторгалась она. — Я так по вас соскучилась, правда! Простите, что долго не писала.
Расставив тарелки, Марла снова уселась на стул.
Все четверо взяли вилки и принялись есть.
— Ну, кто первая? — улыбнувшись, спросила Марла. — Кто хочет рассказать, что в ее жизни произошло нового и интересного?
Возникла пауза.
— Не отвечайте все разом, — пошутила Марла, вращая глазами.
Клодия жевала кусочек огурца и напряженно думала. Что бы рассказать?
Для нее год был не таким уж веселым.
Она обвела взглядом других девушек.
К ее удивлению, она заметила, что лицо Джой приняло напряженное выражение, а из-за чего, непонятно.
— Джой… — начала Клодия. Но ее голос был заглушен громким воплем ужаса, вырвавшемся у Джой.

Визжа, вцепившись себе в волосы обеими руками, Джой выпрыгнула из-за стола. Ее стул опрокинулся, с грохотом стукнувшись о паркет.
— Джой, что случилось? — вскрикнула Марла. — Что?
Вся дрожа, Джой указала дрожащим пальцем на тарелку с салатом.
Клодия наклонилась и заглянула в тарелку. На ее лице появилась брезгливость, когда она увидела жирного коричневого червя, ползущего по салатному листу.
Софи вскочила и обняла Джой за плечи:
— Что случилось? В чем дело?
— Червяк, — тихо сказала Клодия. — Большой и коричневый.
Джой закрыла лицо руками.
— Извините меня, — невнятно произнесла она, — не хотела вас пугать. Вы же знаете, я … вы знаете, я смертельно боюсь жуков и червяков.
Софи крепче обняла Джой. Марла громко звала Альфреда.
— Я ужасно боюсь жуков, — повторяла Джой, — даже после лагеря.
“Все мы с тех пор изменились, — грустно подумала Клодия, — особенно после того случая прошлым летом”.
Но сейчас не хотелось об этом думать. Хотелось хорошо провести эту неделю, веселиться