Наши современники на Великой Отечественной войне. Заброшенные в 1941 год, где не знают слова «попаданец», а пришельцев из будущего величают «странниками», они отправляются в разведывательно-диверсионный рейд по немецким тылам. Об их подвигах докладывают лично Сталину. Их танко-истребительные группы наносят гитлеровцам невосполнимые потери. Попав в их засаду, ликвидирован рейхсфюрер СС Гиммлер.
Авторы: Рыбаков Артем Олегович
потряхивало — все время ожидал сзади чего-нибудь вроде «Halt!», «Zurück!», а то и просто выстрела. Но пронесло…
…Только долетели до стоянки, как колонна немедленно двинулась в путь, даже пленника допрашивали на ходу в кузове «опеля», а трофейные документы так и валялись кучей в углу. Спустя час или около того Фермер решил сделать перерыв в общении с жандармом, после чего изрядно помятого немца плотненько упаковали и оставили валяться под лавкой. Удачно или нет, но при разборе вражеских бумаг я нашел карту. Как раз в той самой сумке, стыренной из «штеверовского» «кюбельвагена»
. Саша только взгляд на нее бросил, как сразу помрачнел. Я, признаться, в первые мгновения и не понял, отчего…
Спросить получилось буквально минуту назад, когда до железной дороги дошли и в кустах залегли.
Вот только командир что-то не торопится отвечать, словно смущает его что-то.
– Видишь ли, Леха… — «О, разродился наконец!» — Мы в такой гадючник влезли, что трепать мой лысый череп! — И в ответ на мой удивленный (а что — в таком настроении я Сашу, пожалуй, что и никогда не видел) взгляд продолжил: — Пауза нам нужна. Носиться по тылам вменяемого противника можно при большом везении довольно долго, но наше везение, похоже, попросилось в отпуск. На карте, что ты добыл, отрисована обстановка на вчерашний день. И единственное, что я могу сказать — немецкие части впереди в три слоя стоят и мелочью всякой пересыпаны. И всю эту красоту нам надо преодолеть, это если забыть про такие «малозаметные», — он саркастически усмехнулся, — препятствия, как Днепр, и чуть меньшие речки, вроде Друти с Сожем.
– Но ведь партизаны в войну годами в тылу жили и на Большую землю гонцов посылали.
– Эх, Тотен, Тотен… Так это и есть та самая война! Вот только мы ни разу не
те партизаны. Сколько мы людей здесь знаем, а? То-то же. — Он назидательно качнул пальцем у меня перед носом, прочитав ответ на свой вопрос у меня на лице. — Партизаны, Лешка, они не сами по себе партизанили. Или местные помогали, кто по-родственному, а кто и по партийной линии, или забрасывали их с той стороны, вроде как товарищей Кузнецова с Медведевым или Ваупшасова, это если наиболее громкие имена взять. А потом подкармливали, раненых вывозили. Пусть не регулярно и не в полном объеме, но тем не менее… А у нас уже и еда заканчивается. Потом, прикинь, если бы Тошку не шутейно ранило, а так, что без операции не обойтись, а? Я в Дока почти как в икону верю, но вспомни, как оно с Игорем вышло? И учти, что не бывает диверсантов-универсалов. Армейская разведка в ближних тылах ползает, и чуть что — сразу назад к своим. «Глубинники», как правило, лишь разведкой занимаются, а если и взрывают что-нибудь, то именно к такой миссии долго готовятся — подходы к объекту разрабатывают, тренируются. А мы как раз те самые не существующие в природе «универсалы» и есть, и разведданные в объеме как минимум учебника истории передаем, и гиммлеров направо-налево убиваем, и о хлебе насущном паримся…
– А почему мы тогда сейчас сюда, на железку, пришли?
– Не могу без дела сидеть, — честно ответил Саша. — А подумать и в дороге можно. Шесть часов сюда шли, все время и думал.
– Ну и как, командир? — Я улыбнулся ему, чтобы подбодрить, вот только непонятно — его или себя. — Что надумал?
– Не гони, Тотен, — улыбнулся Фермер в ответ, — я только начал процесс…
Приказ О порядке награждения летного состава Военно-воздушных сил Красной Армии за хорошую боевую работу и мерах борьбы со скрытым дезертирством среди отдельных летчиков
№ 0299
19 августа 1941 г.
Для поощрения боевой работы летного состава Военно-воздушных сил Красной Армии, отличившегося при выполнении боевых заданий командования на фронте борьбы с германским фашизмом, приказываю ввести порядок награждения летчиков за хорошую боевую работу, а командирам и комиссарам авиадивизий представлять личный состав к награде в соответствии с приказом:
I. А. В истребительной авиации
1. Установить денежную награду летчикам-истребителям за каждый сбитый самолет противника в воздушном бою в размере 1000 рублей.
2. Кроме денежной награды летчик-истребитель представляется:
за 3 сбитых самолета противника — к правительственной награде;
за следующие 3 сбитых самолета противника — ко второй правительственной награде;
за 10 сбитых самолетов противника — к высшей награде — званию Героя Советского Союза.
3. За успешные штурмовые действия по войскам противника летчики премируются и представляются к правительственной награде:
