Наши современники на Великой Отечественной войне. Заброшенные в 1941 год, где не знают слова «попаданец», а пришельцев из будущего величают «странниками», они отправляются в разведывательно-диверсионный рейд по немецким тылам. Об их подвигах докладывают лично Сталину. Их танко-истребительные группы наносят гитлеровцам невосполнимые потери. Попав в их засаду, ликвидирован рейхсфюрер СС Гиммлер.
Авторы: Рыбаков Артем Олегович
Варяг
«Старшине»
Крайне интересна информация о Гиммлере. Есть сведения, что он умер.
Бук
16 августа 1941 года. Где-то в Могилевской области Белоруссии. 12:00
«Это и называется — перехитрили сами себя. — Прихлопнув на щеке очередного кровососущего демона, я вытащил из сочно чавкнувшей грязи правую ногу и, опершись на крепкую слегу, сделал еще один шаг. — Все-таки разбаловались мы там у себя. Даже в самой, на взгляд столичного жителя, конечно, дикой глуши есть пусть плохие, но дороги. Лесовозные, военные, да и просто накатанные местными жителями направления, в конце-то концов! А тут мы уже второй день рыщем в бассейне Ольсы, пытаясь разыскать безопасный путь на восток».
Проблемы наши усугублялись тем, что назад вернуться не было никакой возможности. В некоторых местах мы сами себе подсуропили, разрушив мосты и уничтожив паромы, где-то уже появились немцы, отрезав нам пути отступления.
Хомячизм наш сейчас играл против нас, поскольку имуществом мы обросли за последние пару месяцев — мама, не горюй! Одних комплектов трофейной формы было по два, а то и по три на каждого! А оружие? А трофейные документы, которых уже три почти полных солдатских ранца набралось?
Сейчас группа в составе Люка, командира и меня болотами пробирается к Ольсе. От района ликвидации Гиммлера мы ускакали уже километров на сто пятьдесят и, крайне удачно перемахнув через Березину у Елизово, застряли. В Малой Ольсе и Кричеве — немецкие гарнизоны, а на дорогах такое столпотворение, что даже наши эсдэшные жетоны, наверное, не помогут. Буквально вчера мне довелось наблюдать, как работает контрольный пункт на окраине Березины (естественно города, а не реки). Так вот, этот совместный — армейцы с кем-то из безопасников, если судить по повадкам, — пост не пропустил ни одной машины без тщательной проверки документов и досмотра. Особенно запомнился мне эпизод с одним оберстом, чей увешанный множеством флажков «мерседес» остановили на этом КПП вскоре после полудня. Полкан, видимо, считавший себя большой шишкой, попробовал качать права и требовать, чтобы его немедленно пропустили. Однако после короткой словесной перепалки бойцы взяли офицера на прицел и, угрожая своими «машинен-пистолями», увели болезного в караульное помещение, откуда он появился спустя четверть часа тихий и молчаливый и все время, пока потрошили его машину, стоял в сторонке и не питюкал. А копались в транспорте нарушителя уставной дисциплины на совесть — видать, караульщики решили, по вечной привычке маленьких начальников, наказать зарвавшегося чина по полной. «Не с нашими калмыцкими рожами и нижегородским акцентом здесь в театр играть!» — резюмировал Фермер, после чего группа отправилась «на волю — в пампасы», то есть искать обходные пути.
Вот и забрели в эту болотину, третий час ползем, как черепахи, — уж больно местность подлая: плыть мелко, идти глубоко. Задача у нас сейчас простая — разведать, что творится на южном берегу Суши, найти лодки и прикинуть, получится ли у нас разжиться «колесами». Кличев и железка севернее, а с форсированием Ольсы нам снова повезло — несколько доходяг, составлявших немецкий гарнизон в Воевичах, нами абсолютно не заинтересовались, и, прокатившись по неплохой грунтовке, идущей по северному берегу Суши, мы растворились в лесных чащах.
Командир с раннего утра сходил, по его словам, «прикинуть хрен к носу», а по возвращении перетасовал состав. Вместо двух групп сформировал одну, но зато из тех, «кто точно эти десять километров пройдет и назад вернется».
Ну, до возвращения нам еще очень далеко — еще пока «туда» не дошли, но вымотались уже изрядно. Командир губы поджал, лицо мокрое от пота, но сигнал на привал не дает, держит марку. Нам с Люком полегче, все-таки мы младше, а я к тому же и тренируюсь регулярно. Кстати, как я узнал от Тотена, Фермер ввел занятия по физо для «штабных». Уже недели три как ввел, только тайком. Оказалось, пока мы по округе бегали, он лично Алика и Ваню гонял — в форму приводил. Демин даже пошутил невесело: «Трудно вернуть спортивную форму, которой у тебя отродясь не было»…
До твердой земли нам оставалось ползти метров двести, когда откуда-то сверху послышалось сердитое жужжание. По взмаху руки командира мы плюхнулись в грязюку, стараясь распластаться на мягкой, колышущейся под нашим весом
