Страшнее Зомби

Сызрани прошивали машины, кое-где на землю полилось топливо из пробитых бензобаков. У самого носа Бати в стене машины образовалась маленькая дырочка, из которой ударил луч заходящего солнца.
Пули рикошетили от бронелистов, некоторые залетали в кабину и с громким визгом крушили хрупкую аппаратуру.
Демичев, давай, они в ловушке, пора начинать. Только не медли!
В ответ послышалось сухое:
Слушаюсь, генерал, через минуту мы подойдем.
Батя не спустившийся с не имеющей серьезной защиты машины, на грани слышимости, услышал шум винтов. Три тяжело груженные летающие машины на низкой высоте зашли нападающим в тылы. Шум бьющих винтов, рассекающих воздух и трели визгливых пулеметных выстрелов показались Бате райской музыкой. Атака провалилась. Пули крупнокалиберного пулемета месили нападающих в кашу, мешали с землей оторванные внутренности, поднимали высокие фонтанчики пыли, как будто попадали не в землю, а ложились в воду. Рассеченная надвое группа попыталась прорваться обратно к машинам, но группа Косолапова их уже запалила. Заполыхали и четыре машины в колонне с пробитыми бензобаками.
Баранов, не стой ты как вкопанный, обосрались вы с вашим танком, давайте не спите, расталкивайте машины.
Орал в трубку Батя.
Тягач под угрозой взрыва, растаскивал горящие машины в разные стороны, чтобы огонь не пожег всю колонну, обожженные водители выпрыгивали прямо из движущихся машин, в воздухе продолжали гореть, горели на бегу и падали на заюлю.
Из заброшенного завода в опустившийся слишком близко вертолет ударил быстро сокращающий до цели вертлявый след. Раздалась вспышка, вертолет попытался набрать высоту, но боком направился в сторону Волги и упал недалеко от берега. Через секунду заброшенное здание обрушилось само в себя под тучей пулеметных пуль, похоронив под собой незадачливого охотника на вертолеты.
Кабину прошила еще одна очередь, и Батя почувствовал как мощный удар выбил из него воздух. Все лицо его оросила кровавая пыль, рукой он ощупал вздувшийся словно футбольный мяч живот. В его глазах потолок кабины закрутился, он упал на пол, страшная боль в животе заставила Савина потерять сознание.
Порядка двадцати Сызранцев, участвующих в бою, ушли живыми. БТР, два грузовика, около шестидесяти человек убитыми. Потери со стороны Бати составили пять машин, один вертолете, двое убитых, двое сгоревших, шестеро раненых, одним из которых был сам Батя, практически лишившийся печени.
Через час, уже в полной темноте, колонна, вернее то, что от нее осталось, въехала на полянку, где стояли два замерших Ми 24. Вдали виднелись огни Обшаровки.
Сызранские отморозки, лишенные транспорта, стали легкой добычей ночных зомби.

…Навалились, понеслись
Разозлились не на шутку
Только мертвый акробат
Снова стал в одну минутку
Кости хруст да дикий вой
Над оврагами гуляет
Упивается луной
К праотцам их отправляет
(из репертуара группы “Фриги — Фрики”)

ГЛАВА 4
У ЦЕЛИ

23 мая 1993 года, Воскресенье. 22:26. День четвертый.
Недалеко от с. Обшаровка Приволжского района Самарской области.
Плохо дело, контузия органов брюшной полости, разрыв печени, непрекращающееся внутренне кровотечение. Думаю, до завтра Батя вряд ли доживет. Медицина здесь бессильна. Сшил, все что можно.
Втихаря, на ухо, чтобы не слышал раненый майор медслужбы, поправив очки, докладывал первому заместителю генерала, полковнику Никитину. У койки больного находились Косолапов, Пирогов, и Баранов. Батя лежал на раскладушке прямо на своем рабочем месте, только теперь стол за ненадобностью был разобран.
Чем мы можем помочь?
Спросил, хмурый и озадаченный Никитин. Крупные капли пота на жирной морщинистой шее старого полковника, который должен был выйти в отставку еще пять лет назад, стекали за блестящую многодневной грязью темно-зеленого воротника форменной рубашки. Он пока не понимал всю серьезность сложившейся ситуации. Трясущиеся серые руки гиганта, скрюченные словно грабли, не могли найти себе места ни по бокам его толстого живота, ни под мышками, ни за ремнем портупеи.
Перенесите его в санитарную машину, там я буду постоянно наблюдать за ним и Пархоменко, который до сих пор в бреду и тоже очень плох. Если что случиться с Батей здесь, то я просто не успею по ходу колонны выполнить свой долг.
Майор потупился, снял сильно увеличивающие очки, протер и вновь одел их, и принялся выковыривать из-под ногтей засохшую кровь, оставшуюся там после операции.