Страшно красив

Увы, в зеркале отражалось только мое лицо. Теперь это было просто красивое старинное зеркало, не более того. Его волшебные свойства исчезли, зато последствия волшебства сохранялись. И главное волшебство — мы с Линди были вместе.
Я прошел на кухню, достал чипсы и налил стакан молока. Конечно, это не те обеды, какие готовила Магда, но теперь я точно знал, где в кухне что лежит.
— Где оно? — поинтересовалась вошедшая в кухню Линди.
— Оно — что? — спросил я, похрустывая чипсами.
— Платье Иды. Я собираюсь его надеть на выпускной бал.
— Так ты об этом платье мне говорила?
— Да. А чем оно тебе не нравится?
— Я вроде бы не говорил, что оно мне не нравится.
Я отправил в рот очередную порцию чипсов.
— Это из-за того, что оно старое? — насторожилась Линди.
Я покачал головой. Мне вспомнилось «бабушкино платье» Кендры и язвительные слова Слоан: «Вообще-то в нашем кругу принято покупать на бал новые платья». А я стоял рядом и ухмылялся. Сейчас я бы дал тому парню по морде.
— Понимаешь, это… наше с тобой… сокровенное. Не знаю, надо ли показывать его чужим.
— А может, тебе стыдно идти на бал с серой мышкой, вздумавшей нарядиться в какое-то старье?
— Как тебе не стыдно, Линди? Я по сто раз на дню говорю, какая ты красивая, а тебе все мало! Просто это платье дорого мне… как память.
— Замечательно. И в каком сейфе оно хранится? Наверху его нет. Только что искала. В коробке пусто.
— Оно у меня. В спальне под матрасом, — ответил я, отводя взгляд.
— А почему там? — удивилась Линди. — Слушай, может… ты сам в него наряжаешься? Может, поэтому ты не хочешь, чтобы я его надевала на бал?
Ну и язычок у этой «серой мышки»! С другой такой девчонкой я бы давно разругался в пух и прах.
— Подожди, я сейчас за ним схожу.
Конечно же, Линди не захотела ждать и отправилась вместе со мною. Я поднял матрас и осторожно извлек желтовато-зеленое атласное платье. Я помнил, как по ночам доставал его и вдыхал аромат духов Линды. Этого я не расскажу ей ни сейчас, ни через миллион лет.
— Вот. Можешь надевать.
Линди придирчиво рассматривала платье.
— Нитки с бисером порвались. Зря я с тобой спорила.
— Бисер можно заменить. А платье выстирать. Нет, пожалуй, лучше отдать в химчистку. Но сначала надень его.
Мне вдруг очень захотелось увидеть Линду в этом наряде. И вновь я любовался контрастом холодноватого зеленого атласа с ее нежной розоватой кожей.
— Слушай, до чего красиво, — сказал я.
Линди взяла «ведьмино зеркало», пригляделась.
— А знаешь, я ведь действительно красивая, — сказала она.
— И на балу это поймут все… кроме безмозглых кукол.
Я взял Линду за руку и повел в гостиную, где стоял музыкальный центр.
— Что ты задумал?
— Пора готовиться к балу… Вы позволите пригласить вас на вальс?

В сказках и легендах самых разных культур встречаются истории о заколдованных юношах, ставших чудовищами. Заклятие превратило их в змей, ящериц, львов, обезьян, свиней, а то и в настоящих страшилищ с телами, составленными из разных существ, например в крылатых змеев. Причина превращения почти всегда одна и та же. Юноша (зачастую дерзкий и самоуверенный) рассердил или причинил зло какой-нибудь ведьме или фее, и та наложила на него заклятие. Заколдованный обречен мучиться до тех пор, пока не встретит настоящую любовь. Эта девушка обычно становится его невестой, а потом и женой. Во многих сказках и легендах Красавица вынуждена жить рядом с Чудовищем и даже выходить за него замуж, поскольку ее отец что-то у Чудовища похитил (чаще всего какой-нибудь редкостный цветок). Чудовище добр к Красавице, и она вдруг осознает, что по-настоящему любит его. Очень часто их поцелуй разрушает колдовские чары. Порой Красавица и Чудовище пишут друг другу письма, и Чудовище завоевывает сердце Красавицы своими незаурядными эпистолярными талантами. Однако во многих произведениях Чудовище не блещет ученостью. Встречаются версии (например, у братьев Гримм), когда Чудовище ночью становится человеком, а днем к нему возвращается звериный облик. Такие произведения в чём-то сходны с древнегреческим мифом о Купидоне и Психее. Психея выходит замуж за красавца Купидона, но поскольку он приходит к ней только ночью, сестры убеждают ее, что днем он — чудовище. Возможно, этот миф — самый ранний вариант сюжета.
Психея покидает Купидона, а затем отправляется его искать. То же происходит в некоторых других мифах. Эту линию я использовала в своем романе.
Американским читателям лучше всего знаком сюжет, созданный французской