Вспомнить все, очнувшись в морге… А вспомнить Тане Корольковой было что: и как она застала муженька с незнакомой девицей, и как за это… свекровь выгнала ее из дома, и как в подворотне на нее напали и ударили по голове. Живым, конечно, в морге не место, но больше бедолаге деться было некуда.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
криво улыбнулся. — Удивительно, что вы остались живы, даже один раз его увидев…
Он открыл свой портфельчик и вытащил из него стопку фотографий. Высыпав их на стол, сделал приглашающий жест:
— Взгляните, нет ли его здесь?
Я наклонилась над россыпью фотографий и увидела десяток мрачных мужских лиц, заросших до глаз черными бородами, в косматых папахах и меховых шапках… на какой-то момент я растерялась — так они все были похожи! Как среди них можно узнать того, из ангара?
Особенно увеличивала сходство лежавшая на всех этих лицах печать беспощадной жестокости и равнодушия к своей и чужой жизни…
Но вдруг перед моими глазами встала та страшная сцена в ангаре, жестокая усмешка человека в меховой папахе, зеленое продолговатое оружие в его руках…
— Вот этот, — проговорила я, отложив в сторону одну из фотографий.
— Вы уверены? — недоверчиво переспросил бесцветный мужчина.
— Да, — я решительно кивнула.
Бесцветный повернулся к хозяину кабинета и странным, взволнованным голосом проговорил:
— Бахыт Вадуфов!
Красномордый начальник еще больше побагровел, опустил глаза, как разъяренный бык, готовящийся к смертельному поединку. Казалось, сейчас он начнет рыть песок арены копытом.
— Вадуфов! — повторил он вслед за своим подчиненным и затем выдохнул с глухой яростью: — Сволочь Кустов!
— Если эти сведения верны… — начал бесцветный, но шеф не дал ему договорить. Он снова шарахнул по столу кулаком и сам поморщился от боли.
— Ну, мы, наверное, больше вам не нужны, — подобострастно проговорил Антон, медленно вставая со стула.
— Ты, Ломаев,
мне больше не нужен, — ответил хозяин кабинета, не поднимая на Антона глаз.
Антон встал и потянул меня за руку:
— Пойдем, Анна, теперь они без нас разберутся!
— Куда это ты ее ведешь? — удивленно проговорил хозяин. — Я сказал, что
ты
мне больше не нужен и можешь идти,
а
ее
я не
отпускал, она — источник, мои люди с ней будут работать!
Я представила, какой смысл могут вкладывать в слово «работать» обитатели этого огромного здания, и похолодела. И ведь я сама, по собственной глупости заявилась сюда! Кто меня тянул за язык? Кто заставлял рассказывать о том, что я видела?
— Александр Трофимович, — испуганно заблеял Антон, — но я за нее отвечаю… я ей обещал… давал слово…
— Кто? — удивленно спросил красномордый. — Ты? Ты обещал? Да кто ты такой, чтобы что-то обещать?
— И кому вы что-то обещали, Антон Иванович? — вступил в разговор, если происходящее можно было назвать разговором, бесцветный сутулый человек. — По нашим сведениям, вы сюда приехали один… по крайней мере, на проходной никого, кроме вас, не видели…
— Но как же… — не сдавался Антон. Его губы дрожали, он перебирал руками что-то на столе и пыхтел, как испуганный ежик.
— А вот так! — рявкнул на него хозяин кабинета. — Чтобы я тебя здесь больше не видел! Ясно? И скажи спасибо…
Антон не дослушал даже, за что он должен говорить «спасибо». Его как ветром вынесло из огромного кабинета, и дверь захлопнулась за ним со страшным стуком, как крышка гроба.
Моего гроба.
Я отчетливо поняла, что не выйду отсюда.
Не из этого кабинета, конечно, этот кабинет не предназначен для того, что меня ожидает, но из этого огромного здания. Здания, куда я попала по своей собственной глупости.
Едва за Антоном закрылась дверь, бесцветный человек встал и вопросительно посмотрел на хозяина кабинета. Тот ответил ему мрачным взглядом, выразительно нахмурив брови.
Мне показалось, что эти двое, обменявшись взглядами, прекрасно друг друга поняли. Бесцветный перевел глаза на меня и коротко бросил:
— Пойдем!
— Дяденька, — жалобно забормотала я, — как же так… мне домой надо… у меня там дел невпроворот…
Я хотела еще добавить про недоеную корову, но решила, что это будет перебор, про корову этот тип точно не поверит. Хотя, кажется, он и так не слишком-то проникся моим рассказом.
Мужчина меня не слушал. Он уже вышел из кабинета, и мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Миновав приемную и оказавшись в коридоре, бесцветный тип повернул направо, где ряды закрытых дверей уходили в бесконечную даль. На меня он, казалось, и не смотрел. Воспользовавшись этим, я оглянулась по сторонам и припустила налево, к лестнице. Однако не успела я сделать и десяти шагов, как мой бесцветный провожатый беззвучно возник передо мной. Он стоял, как прежде, ссутулившись и равнодушно глядел сквозь меня.
— Ты что же, думаешь, — проговорил он без всякого
