Когда Скверна вторглась в очередной мир, я был ближе всех из братьев. Мне не впервой сражаться с армиями Неназываемого. Но эта битва стала для меня последней. У меня была славная жизнь и достойная смерть. И Кодекс посчитал меня достойным, раз он дал мне, Великому Охотнику Райнеру, Щиту Ордена, второй шанс…. Новую спокойную жизнь! Гхм… И эту жизнь Кодекс считает «спокойной»?! (Аннотация создана при поддержке Шнырьки, Сандра и Юрия Винокурова)
Авторы: Илья Романов
сбрил щетину, после чего спустился вниз и принялся за завтрак.
— Как всегда идеально, Тамара Петровна, — зажмурив глаза после одного кусочка оладушка с вареньем, произнёс я.
— Рада, что вам нравится, Господин, — улыбнулась полноватая женщина в переднике, наливая мне чай и отвечая привычные слова.
Когда с завтраком было покончено, а Кристина украла у меня два оладушка, за что получила по рукам, я вышел с чаем на крыльцо особняка. Работа кипела и слуги принялись за восстановление поместья. Вот только их было мало, а бойцов, которых по моему приказы определили квартироваться в дом, привлекать к работам я не хотел. Уставший воин — слабый воин. Сейчас, после всех этих тёрок с местным бандосами, мне нужно, чтобы бойцы были готовы. Поэтому я и отдал приказ по прибытию, чтобы бдели и докладывали мне.
Сделав глоток душистого чая с мятой и чебрецом, я достал телефон из кармана и нашёл нужный контакт. В динамике зазвучали гудки, сдобренные звуком работ на территории поместья, а затем раздался картавый голос на том конце провода:
— Альё, Тоденхёфер слушает?
— Здаров, Юрген, — хмыкнул я.
Голос затих, как и дыхание оппонента, а затем прозвучало характерное:
— Шайзе! Опять ты, шайскерль⁈
— И я рад тебя слышать, старый брюзга, — засмеялся я, и спросил: — Как там в Санкт-Петербурге? Ещё коптишь небо и ведёшь дела?
— А кому ещё их вести? — отчётливо вздохнул Юрген. — Что хотел? Чтоб ты знал, после нашей последней встречи, моя нога до сих пор ноет и её нужно отпаривать не меньше трёх раз на дню! А это время! А время это деньги!
— Нехер было меня подставлять, — добавил я в голос стали, отчего он затих со своими высказываниями. — Помощь твоя мне нужна.
— Помощь⁈ Тебе⁈ Ха-ха! — заржал этот старый мудак. — И почему я должен помогать тебе?
— Потому что дороже своей семьи ты ценишь только деньги.
Ну давай же, немчура, не разочаровывай меня.
— Я тебя слушаю, — спустя пару секунд сказал он, перейдя на деловой лад. — Что нужно? Ты, надеюсь, не забыл, что цена моих услуг не меняется?
— С тобой забудешь, — хмыкнул я. — А нужно мне не активированное кольцо Охотника.
— В убийцу на чудовищ податься решил? Мелко берёшь.
— Ты заказ выполнишь или мне Абраму позвонить?
— Этому еврею⁈ — Тоденхёфер аж воздухом подавился. — Будет тебе кольцо, шайскерль! Доставят в твоё поместье в Царицын завтра!
Иж ты, старый прощелыга, держит руку на пульсе. Уже в курсе, где я обитаю и где меня искать. Ну другого от Тоденхёфера ожидать не стоило. Этот немец, как пиявка болот Зарзии. Если учуял кровь, то хрен ты от него скроешься.
— Тогда держи оплату, — в несколько кликов, я зашёл в мобильный банк и перевёл нужную сумму на один из сохраненных счетов старика.
— Принял, — отозвался он и перед тем, как повесил трубку, добавил: — Компания Тоденхёфер и сыновья берётся за этот заказ. Спасибо, что выбрали наши услуги. С вами неприятно иметь дело.
Слушая гудки, я отклонил телефон от уха и посмотрел на сбросившийся звонок, криво хмыкнув.
— Вот же ж, старый пень.
Но одно хорошо. Кольцо скоро будет у меня, а значит сегодня вечером нужно будет прошерстить открытую базу данных Охотников на приметы подходящего Разлома. Деньги благодаря моей фирме есть, но доить её до конца я не собирался. Не правильно это. И как же хорошо, что в этом мне поможет старина Сунь, сумка из сейфа которого лежит сейчас в углу моей комнаты.
— Господин, — подошёл ко мне Иваныч. — Первый пост доложил, что староста деревни Красная Слобода прибыл.
— Отлично, — кивнул я и допил чай одним глотком. — Пусть проводят, я скоро буду.
Старостой ближайшей из окрестных деревень оказался престарелый седой мужичок в рубахе. Большие круглые очки странно гармонировали с его обветренным морщинистым лицом, а в руках он держал худую потасканную папку.
— Дмитрий Борисович? — подошёл он ко мне, приглаживая волосы.
Я в этот момент сидел на полуразрушенной веранде, куда принесли небольшой столик и пару стульев. Мебель ещё продолжала прибывать, но малую её часть уже привезли.
— Он самый, — кивнул я. — С кем имею честь?
— Самофалов Иннокентий Викторович, — быстро представился он, осматриваясь вокруг и отмечая стройку. — Я являюсь старостой деревни Красная Слобода, что в километре отсюда. Вот…
С этим «Вот», он протянул мне папку.
Разумеется я её не взял, а просто с вопросом
