Страж Кодекса

я видел, но и хорошие цветочки не будут испускать пыльцу, когда к ним приближаешься. Добавляло уверенности ещё то, что сами обезьяны вниз не спускались.
— Хитрые макаки, — хмыкнул я, смотря на беснующихся обезьян. — Но не в этот раз.
Обходной путь нашёлся довольно скоро, выведя меня к небольшому ручейку. Забавно, но кроме обезьян живности здесь не было никакой. Даже насекомые, что были для джунглей обычным явлением, куда-то исчезли.
— Это место подойдёт, — кивнул я сам себе и плюхнулся на камень, сев в позу лотоса.
Меня так никто и не пошёл искать. Обидно, но ожидаемо. Либо все любвеобильные макаки сдохли, во что я не верил, либо забились в какую-нибудь дыру. И раз так, то придётся самому их поискать. Ну и кристалл разлома само собой.
Печать Астрала опять выхаркала меня, как и в прошлый раз. Вот только здесь было чутка иначе. Меня тянуло вниз, будто от силы притяжения. Скорее всего влияние энергии разлома, но ничего, и не с таким справлялся.
Обезьяны не оставляли попыток мне докучать и кидались в тело камнями, которые отлетали от Барьера. Разумеется, их раздражал мой пофигизм и они старались ещё сильнее, но мне на это было уже побоку. Я летел по нитям энергии разлома, ориентируясь на самые плотные. Где бы ни был кристалл, он должен находится там. В берлоге. В большой берлоге с макаками переростками, а точнее в самом её дне, под слоем земли.
На глаз сосчитав, сколько ещё шерстяных встанет у меня на пути, я вернулся в тело и чуть не свалился в воду! Замахал руками, но удержался и словил камень в лоб от потери концентрации. Лишь на долю секунды, но Барьер пропал и мне прилетело.
Я медленно поднял руку, потрогал ушибленный лоб, ощутил боль, а затем перевёл взгляд на одну из обезьян, откуда прилетел камень. Та так и замерла в лапе с новым снарядом.
— Ну всё, сука, — подорвался я с места. — Теперь вы огребете.
Вокруг меня вспыхнул Огненный Барьер. Языки пламени сразу же выжгли всю растительность, превратив её в пепел. Затем появился Барьер Молнии, наслоившийся на Огненный. Каналы дали о себе знать и заныли, а значит перегрузка близка. Но этого хватит!
Взмахнув ладонями, я обволок Гибким Барьером стихийные, а затем просто развёл руки в стороны. Раздался рёв Огня и Молнии, а также крики охеревающих обезьян, в которых вся эта дурь полетела по дуге слева и справа. Деревья и листва перестали существовать. Молния если не убивала макак, то вырубала их, а огонь доделывал начатое, попутно сжигая всё на своём пути. И пусть на этот выверт мне потребовалось потратить около десятка душ убитых обезьян, их товарки поменьше станут заменой.
Бурным потоком Души хлынули в мой Океан, пополняя его. Надо было раньше так сделать, но как-то не хотелось мне специально убивать обезьянок. Добрый я, что уж тут поделать. Вот только этой добротой они не воспользовались.
Когда всё было кончено, и ранее цветущее место превратилось в выжженные пустоши, я ещё раз потёр ушиб.
— Сами виноваты, — буркнул я и пошёл в сторону берлоги с кристаллом.

Форпост у красного разлома…
— Кирилл, у нас проблемы! — подошла к командиру отряда девушка Охотник. — Разлом уже занят.
Отвлёкшись от базы данных Центра, где парень уже хотел поставить галочку, что его отряд приступил к работе, он посмотрел на девушку с некой долей недоумения. Буквально три часа назад его заверяли, что никто не занял разлом, в котором Кирилл хотел добыть редкий мех Бешенных Обезьян, а тут выясняется такое! Как так получилось⁈ Именно сегодня для Кирилла Разумовского должен был настать тот день, когда его кольцо изменит свой цвет, а продажа шкур из-за спроса окупит все затраты!
— Известно, кто его занял? — с раздражением спросил парень.
Поняв, что этот вопрос был глупым, и задал он его из-за эмоций, Кирилл полез вновь в планшет. Несколько кликов и он нашёл искомое.
— Белов Дмитрий Борисович, — прошептал Охотник, и открыл доступную информацию. — Чего? Это его первый разлом⁈
Услышав слова командира, Охотники в недоумении переглянулись. У каждого из них на лице отражался весь спектр того, что они думали о этом самоубийце.
— Псих какой-то… — покачал голой один из Физиков. — Невозможно в одного справится там!
Поднялся гомон и спор, в котором было принято решение дождаться возвращения дурака, решившего попытать удачу в одиночку. Кто бы он ни был, но скоро он должен был выйти, или даже выбежать в страхе и ужасе из разлома, освободив место профессионалам!
Так думала команда