Страж

прямо напротив большого окна — незанавешенного и не снабженного ставнями.
«Да кто на тебя будет смотреть? Вокруг одни поля», — успокоил ее тогда Картер. Бет напомнила себе об этом и подумала: «К тому же сейчас уже очень поздно. Почти полночь».
Но пока наполнялась ванна, она отошла подальше от окна, чтобы раздеться. Она могла бы выключить свет в ванной, но сегодня, здесь, ей этого делать не хотелось. «Пусть уж лучше на меня нападет Пипинг Том,

— решила Бет, — чем я стану мыться в темной ванной».
Она повесила белый махровый халат на дверной крючок и, раздевшись, сложила снятые вещи под раковиной. Увы, трусики оказались испачканными кровью. Затем она потрогала рукой воду. Еще горячее, и она растает в этой ванне. Бет положила пару полотенец на крышку унитаза, добавила немного холодной воды и ступила в ванну. Ванна была глубокая, вода доходила Бет до коленей. Она села — и вода поднялась чуть выше ее грудей. Бет осторожно запрокинула голову, и ее затылок прикоснулся к холодному, не успевшему прогреться фаянсу.
«Расслабься, — мысленно сказала она себе. — Просто постарайся расслабиться».
Но с таким же успехом она могла обратить эти слова к смертнику, которого вот-вот должны были вздернуть на виселице. Мысли ее до сих пор были неспокойными. Она должна позвонить Картеру, как только выйдет из ванной, нужно было хотя бы оставить для него сообщение, что они с Эбби благополучно добрались до места. А утром надо будет позвонить в галерею и извиниться перед Рейли за то, что она слишком рано ушла с вечеринки. И Брэдли Хойту Бет должна будет позвонить и поблагодарить его за то, что он ее прикрыл.
А потом… потом звонок гинекологу. Записаться на прием и разобраться с этим кровотечением. К доктору Уэстону с этим обращаться необходимости нет. Наверное, просто попала какая-то инфекция, как-то раз такое уже было. Назначат антибиотики, и все пройдет. Но пока это, конечно, не могло не волновать Бет.
Она погрузилась в ванну еще глубже. Вода покрыла ее плечи. Бет дотянулась ногой до смесителя и убавила напор воды, чтобы она текла маленькой теплой струйкой. Она закрыла глаза и снова попыталась расслабиться и успокоиться, но как ни старалась, у нее ничего не получалось. Все ее тревожные мысли сливались в один поток, и этот поток уносил ее к тому, кого она боялась больше всего на свете. К Ариусу.
Где он сейчас? Чего он хочет от нее? И как она может от него избавиться?
Она непроизвольно поморщилась. Ей вдруг стало зябко и горячей ванне.
И неожиданно у нее возникло чувство, что кто-то на нее смотрит.
Она открыла глаза и обвела ванную испуганным взглядом. Никого не было.
Но вода окрасилась в розовый цвет и поднялась слишком высоко, она уже выплескивалась за край ванны. «Что я наделала», — подумала Бет, села и протянула руку к ручке смесителя. Но от волнения она повернула ее в другую сторону, вода пошла сильнее. Проклятье!
Бет снова стала крутить ручку, на этот раз в нужную сторону, но вода почему-то не выключалась совсем. Может быть, из-за того, что смеситель был новым и ручки плохо регулировали напор? Бет попыталась вынуть пробку, закрывавшую слив, но пробка не вынималась. Оставалось одно: поскорее вылезти из ванны, чтобы уровень воды в ней опустился, и быстро промокнуть полотенцами лужу, пока она не стала больше. Только Бет собралась это сделать, как у нее снова возникло ощущение, что на нее кто-то смотрит.
Она перевела взгляд на большое окно, и хотя за ним было темно и в чисто вымытых стеклах отражалась только ванная комната, Бет почувствовала, что за окном что-то движется. Каким бы невероятным это ни показалось, что-то парило в воздухе на уровне второго этажа. Может быть, птица? Летучая мышь? Ветка дерева, раскачиваемая ветром?
Рука Бет словно примерзла к бортику ванны. Не веря своим глазам, она увидела, как нижний край окна задрожал — будто кто-то пытался открыть его снаружи. Но оконная рама, как и все остальное в доме, была недавно покрашена и не желала поддаваться.
«Этого нет, — в отчаянии уговаривала себя Бет. — Этого не происходит».
Но это начало происходить.

Картер рассчитывал больше на собственную память, чем на точное знание направления. В загородном доме Бена и Эбби он побывал всего один раз, на пути туда и обратно сидел на заднем сиденье и большого внимания на дорогу не обращал.
Однако опыт работы в полевых условиях по всему миру все-таки, видимо, не пропал даром. Судя по всему, даже во время той единственной поездки он машинально запоминал ориентиры и ландшафт. И только теперь, когда до дома Бена и Эбби оставалось