Страж

древнееврейских или греческих рукописях. Интересно, как этот фрагмент свитка с оборванными и разлохмаченными краями соединится с остальными и о чем он расскажет, будучи переведенным и помещенным в середину остального текста? Что он поведает о битве на небесах, о слове Божьем, об апокалипсисе?
Эзра придвинул краешек маленького фрагмента к более длинному, чтобы посмотреть, не соединятся ли они между собой, и вдруг что-то сверкнуло у него перед глазами, будто голубая искра. Кончики его пальцев кольнуло, как от удара током. Он резко откинулся на спинку стула и затаил дыхание.
Что это было?
Эзра поморгал, потер кончики пальцев. Болевых ощущений не было, но и приятного тоже было мало. Он почувствовал едва заметный запах паленого. У Эзры было такое ощущение, будто он только что прикоснулся к источнику электричества.

Когда субботним утром будильник зазвонил в семь тридцать, Картер сначала не понял — зачем? Ведь была суббота. Полусонный, он повернулся к жене и обнял ее под одеялом за талию. Но как только рука скользнула ниже, Бет сжала его запястье.
— Ты ни о чем не забыл? — пробормотала она с закрытыми глазами.
— О чем?
— Тебе сегодня в клинику.
Теперь он вспомнил. Ровно в девять в кабинете доктора Уэстона ему нужно было сдать анализ спермы. Анализ, которого он так боялся.
Картер убрал руку, чтобы не искушать себя, и Бет, дабы помочь ему в этом, откатилась на другой край кровати. Он лежал на спине и размышлял о том, что его ждет в ближайшие часы. Сначала анализ, потом — поездка в аэропорт Кеннеди. Руссо прилетал вскоре после полудня.
Картер встал с кровати, прошлепал босиком по коридору в ванную. Бет дважды покупала ему домашние тапочки, но они все время куда-то пропадали. Войдя в ванную, Картер включил свет. На нем были только клетчатые боксерские трусы, в которых он спал. Доктор сказал носить только боксеры, не плавки.
Быстро приняв душ и еще быстрее позавтракав (чашка кофе и кукурузное пирожное), он поехал в сторону центра и явился в приемную доктора Уэстона на несколько минут раньше назначенного времени. И это было хорошо, потому что пришлось заполнить множество бланков и анкет для составления истории болезни: какими заболеваниями страдал он сам, какими его родители; какие в настоящее время принимал лекарства; какова сумма его медицинской страховки и так далее. Наполнив все эти бумаги, Картер отдал их медсестре, сидевшей в приемной. Та просмотрела несколько страничек, проверила, есть ли на них подпись клиента, и спросила:
— У вас не было эякуляции на протяжении предыдущих двадцати четырех часов?
У Картера было искушение сказать ей, что это неприличный вопрос, но он сдержался.
— Нет, — ответил он.
Медсестра сделала пометку в медицинской карте и повела его по узкому коридору (приглушенный свет, серый ковролин, полная тишина, по обе стороны белые нумерованные двери). Медсестра открыла одну из этих дверей. В небольшой комнате стоял стул, на настенной подставке — телевизор, на тумбочке лежала стопка порнографических журналов.
— В телевизоре есть загруженная видеозапись, — сказами медсестра. — Вам нужно только включить его. Можете также воспользоваться журналами.
Картер, не знавший заранее, чего можно ожидать, постарался сохранить бесстрастное выражение лица.
— Постарайтесь собрать как можно больше в эту баночку, — сказала медсестра и протянула Картеру пластиковый контейнер, по форме очень похожий на те вазочки, в которых подавали сальсу (какой ужас!) в его любимом мексиканском ресторанчике. — Когда закончите, принесите баночку мне.
Картер вошел в комнату, медсестра закрыла дверь. Он огляделся по сторонам, не зная, с чего начать. «Где же, — думал он, — та дорога, которая ведет отсюда к Эросу?»
Минут через пятнадцать Картер выглянул в коридор, посмотрел в одну сторону, в другую. Медсестры нигде не было видно. Зажав баночку в руке, он вернулся в приемную, где теперь ожидали своей очереди еще двое пациентов. Медсестра, провожавшая его в комнату с телевизором, разговаривала с кем-то по телефону.
Картер встретился с ней взглядом. Продолжая разговаривать, она протянула руку.
Неужели она ждет, чтобы он отдал ей это прямо вот так — из рук в руки?
Отдал. Она поставила баночку рядом с регистрационным журналом, улыбнулась и помахала Картеру рукой на прощание.
Ощущение у него было такое, словно он провел самое необычное утро в жизни, а ведь еще даже не было десяти. Зато теперь он мог без спешки добраться до аэропорта и встретить Руссо. Жаль, нельзя заехать домой прямо сейчас. Ему ужасно хотелось