Стрела времени

опорочить его, сэр Ги опорочил также и меня. Я прошу вашего соизволения защитить мое доброе имя.’ Лорда Оливера, казалось, это новое осложнение позабавило.
– А что вы скажете, Ги?
– По совести, – произнес черный рыцарь, – согласен, что этот де Марек может оказаться достойным защитником, если, конечно, рука его так же быстра, как язык. Но поскольку он защитник, то и встретится с моим защитником, сэром Чарльзом де Гоном.
В конце стола поднялся высокий человек. У него было бледное лицо с плоским носом и розовыми глазами, и весь он походил на питбуля.
– Я с удовольствием буду вашим защитником, – проговорил он высокомерным тоном.
Марек предпринял заключительную попытку.
– Мне кажется, – сказал он, – что сэр Ги боится сразиться со мной лицом к лицу.
При этих словах леди Клер открыто улыбнулась Мареку. Было ясно, что он заинтересовал ее. А сэра Ги это, казалось, привело в особое раздражение.
– Я не боюсь никого, – воскликнул Ги, – и уж эйнотцев – меньше всех! Если вы уцелеете после боя с моим защитником – в чем я сильно сомневаюсь, – то я с удовольствием встречусь с вами и положу конец вашей дерзости.
– Да будет так, – провозгласил лорд Оливер и отвернулся. Его тон недвусмысленно указал, что дискуссия закончена.

Верховые и запряженные в легкие повозки лошади, гремя копытами и сотрясая землю, проносились по поросшему травой полю. Марек и Крис стояли за невысокой оградой, наблюдая ристалища. Крису турнирная площадка казалась огромной – размером с футбольное поле; с двух сторон были воздвигнуты невысокие трибуны, на которых уже начали рассаживаться дамы. Шумные, одетые в заплатанные одежды из грубой ткани зеваки из простонародья толпились вокруг ограды.
Вот приняла старт очередная пара наездников; их кони, храпя, мчались вперед.
– Ты хорошо ездишь верхом? – спросил Марек.
Крис пожал плечами:
– Я катался с Софи.
– В таком случае, Крис, я думаю, что смогу сохранить тебе жизнь, – сказал Марек. – Но ты должен все делать точно так, как я тебе скажу.
– Хорошо.
– До сих пор ты все делал как раз не так, как я советовал, – напомнил ему Марек. – Но на сей раз придется.
– Хорошо, хорошо.
– Все, что ты должен сделать, – продолжал Марек, – это удержаться в седле достаточно долго, чтобы получить удар. Когда сэр Ги увидит, насколько плохо ты ездишь верхом, у него не останется иного выбора, кроме как постараться попасть тебе в грудь – это самая заметная и малоподвижная цель на галопирующем наезднике. Я хочу, чтобы ты принял удар его копья на грудь, на нагрудную пластину. Ты меня понял?
– Я приму удар его копья на грудь, – с очень несчастным видом произнес Крис.
– Когда он ткнет тебя копьем, позволь ему выбить тебя из седла. Это должно оказаться для тебя достаточно просто. Падай на землю и не двигайся, чтобы всем показалось, что ты потерял сознание. Что, впрочем, может случиться на самом деле. Ни в коем случае не поднимайся на ноги. Тебе понятно?
– Не подниматься на ноги.
– Совершенно верно. Независимо от того, что случится, ты лежишь на одном месте. Если сэр Ги собьет тебя с коня и ты потеряешь сознание, то бой закончится. Но если ты встанешь, он потребует второе копье или спешится, чтобы сражаться на мечах, и зарубит тебя.
– Не вставать с земли, – повторил Крис.
– Правильно, – одобрил Марек. – Ни при каких обстоятельствах. Не вставай. – Он хлопнул Криса по плечу. – Если повезет, ты прекрасно переживешь эту историю.
– Иисусе, – только и смог выговорить Крис.
Мимо них, сотрясая землю, пронеслось еще несколько лошадей.

Повернувшись к полю спиной, они прошли среди множества шатров, установленных вокруг турнирной арены. Шатры, а скорее, палатки были небольшими, круглыми и пестрели разноцветными полосами и зигзагообразными узорами. Над каждым из шатров чуть покачивались в спокойном воздухе многочисленные вымпелы. Рядом были привязаны лошади. Пажи и оруженосцы носились туда и сюда с панцирями, седлами, сеном, водой. Несколько пажей катили по земле бочонки средних размеров, издававшие негромкое ровное шипение.
– Это песок, – не дожидаясь вопроса объяснил Марек. – Они катают кольчуги в бочках с песком, чтобы удалить ржавчину.
– Угу… – Крис старался сосредоточиться на деталях, чтобы отвлечься от мыслей о том, что ему предстоит. Тем не менее у него было такое чувство, будто он идет на свою собственную казнь.
Они вошли в шатер, где их поджидали трое пажей. Напротив входа в жаровне горел огонь, испускавший приятное тепло; земля была застлана куском толстой парусины, на которой лежало