Припев исполняли уже несколько голосов. Помимо Арагорна, Гимли и Леголаса песню подхватили придворные Теодена.
– Эх, держите меня семеро! – вскричал Теоден, соскочил с трона и пустился в пляс.
– Тьфу, блин!
Саруман плюнул на палантир, и попавшая на магический шар слюна мгновенно испарилась. Смотреть, как Теоден требует себе шашку, сводя на нет многомесячные усилия Гримы, было Саруману почти физически больно.
Поскольку подданные Теодена не подвергались психологической обработке Златоуста, а только выполняли приказ Теодена, свои мечи они просто спрятали подальше, и сейчас воины снова вытащили оружие из недавно оборудованных тайников. Тронный зал Эдораса блистал и звенел оружием.
– Снова я тебя недооценил, Гэндальф, – пробормотал Саруман.
Он жил в своей башне один и за последние века успел обзавестись дурной привычкой разговаривать сам с собой.
– Ну ничего, – продолжал бормотать Саруман. – Мы еще посмотрим, кто кого. Посмотрим, как вы, ребята, с орками справитесь. Будет, будет праздник и на
