Строптивая невеста

решение Грэйсона удивило его, и он долго молчал, не зная, что ответить, пока наконец не сказал каким-то чужим, далеким голосом:
— Бумаги по оформлению моего опекунства над Джереми почти готовы. А что касается Софии, то… Не о чем беспокоиться. Я имею в виду, что вы вовсе не обязаны принимать на себя какие-либо хлопоты.
— Но отчего же, Райдер? По правде говоря, опекунство для вас — обуза. Вскоре вы вернетесь в Англию, ваше место там, а не здесь, и я вполне понимаю, что вы собирались забрать Софию и ее брата лишь потому, что у вас не было иного выхода. А теперь он есть. Им лучше жить на Ямайке, Райдер, они привыкли к здешней жизни, ни к чему им ехать в такую даль, в Англию. Я знаю, там у них есть кое-какая собственность, но плантация — важнее, и она приносит хороший доход. Джереми надо учиться, и я найму ему репетиторов; он получит необходимое образование. А София приобретет семью, положение, будет жить среди любящих людей.
Райдеру речи эти были неприятны, и он отвернулся от управляющего, чтобы тот не видел выражения его лица. Настроение у Райдера испортилось, он даже и рассмеяться беззаботно не смог, хотя часто поступал так в затруднительных случаях.
— Я вижу, вы не теряли времени, Грэйсон, — сухо сказал он, — и тщательно все обдумали. Вы, как я понимаю, являетесь одним из тех любящих людей, которые будут окружать Софию?
— Несомненно.
— Но ведь вы по возрасту годитесь девушке в отцы!
— Вы совершенно правы, и разница в возрасте между мной и мисс беспокоит меня. Собственно говоря, я надеялся, что мисс станет женой моего сына, но обстоятельства изменились… Он теперь считает девушку чуть ли не продажной, хотя после того случая, когда София спасла вас, отношение Эмиля к ней несколько переменилось. И все-таки… Мой сын по-прежнему смотрит на нее не как на порядочную девушку, а как на особу, с которой можно поразвлечься, и точно так же относитесь к ней вы, Райдер. Если честно, мне это не нравится, мисс София не заслуживает подобного отношения, и я намереваюсь положить конец такому положению вещей. После моей женитьбы на ней Эмилю волей-неволей придется вести себя по-другому. А девушка заслуживает всяческого уважения и восхищения, если она и делала что-то не так, то в этом исключительно вина ее дяди. Признаюсь вам, Райдер, я рад, что Тео Берджес умер.
— Послушайте, Грэйсон, мне кажется, вы несколько преувеличиваете. Даже если Берджес и заставлял свою племянницу играть неблаговидную, скажем так, роль, то София играла ее великолепно.
— Ну и что из того? Значит, дядя требовал от нее этого, угрожая ей, да все что угодно! Единственное, к чему Берджес не мог принудить бедняжку, так это к интимным отношениям с теми мужчинами.
— Вы намекаете на то, что все они дружно лгали?
— Не иначе.
— Эмиль рассказывал мне, что бывали случаи, когда София вела себя неприлично, не так, как подобает порядочной и воспитанной девушке. Она даже заслужила прозвище «чертовка».
— А что вы хотите, Райдер? София не вынесла бы тех трудностей, которые выпали на ее долю, не обладай она сильным характером и твердой волей. Не забывайте также, что она чувствует себя ответственной за судьбу Джереми, а это много значит! Она пойдет на любые жертвы ради брата.
— Вот видите! Вы сами говорите: «на любые жертвы».
— Не путайте чувство долга и чувство чести! София никогда не опустилась бы настолько, чтобы стать любовницей нескольких мужчин сразу. Она — честная девушка. И храбрая. Вспомните, что накануне она спасла вашу жизнь. Так что вы должны сказать спасибо ее сильному характеру; не будь она, как вы выражаетесь, «чертовкой», неизвестно еще, чем бы закончился ночной визит Томаса.
— Я полностью с вами согласен, Грэйсон, но примите во внимание и такую вещь: София скомпрометировала себя до такой степени, что даже брак с вами не спасет ее. Если вас и будут принимать в обществе, то вашу жену — нет.
— Пусть так. Я попробую переменить общественное мнение в пользу Софии, скажу, что моя жена оказалась девственницей, что ее дядя был настоящим негодяем, ну и так далее.
— Но над вами будут смеяться, Грэйсон! Вы ничего не добьетесь. Люди не изменят своего мнения, слишком поздно. Никто вам не поверит, вы понимаете?
— И все-таки я попытаюсь.
— Кстати, Грэйсон, я говорил с адвокатом, с Оливером Сассоном, и он тоже выразил желание взять Софию себе в жены.
— Я не позволю этому прохвосту и близко подойти к девушке!
— Не будьте смешным, дорогой мой! Если вы собираетесь сражаться со всеми, кто пользовался ее благосклонностью, то вам придется немало потрудиться! Список поклонников довольно длинный.
— Вы ошибаетесь, Райдер. Мне удастся переубедить людей. Мое мнение уважают, и ко мне прислушаются, вот увидите!
— Нет!