Строптивая невеста

тебя смущают эти скромные платья? Представь, что на мне надето вызывающе-яркое одеяние, открытое чуть не до талии, в котором я встречала тебя в тот памятный день. Подойди, не бойся, ты же мужчина, сдерни платье с моих плеч, как тогда, в саду, помнишь? Докажи свою силу и власть надо мной! Знаешь, при одной мысли о том, что ты так сделаешь, я начинаю дрожать и бояться! Ты можешь приласкать меня, склонить мою голову себе на плечо, обнять… В чем дело? Ты не горишь желанием заключить меня в свои жаркие объятия? Странно. По-моему, ты должен похвалить меня, разве я не спасла от позора нашего благородного, великодушного Грэйсона, который, забыв о благоразумии, собирался на мне жениться?
Райдер, не в силах дольше слушать этот издевательский монолог, громко чертыхнулся и почти крикнул:
— Прекрати! Немедленно прекрати это безобразие!
— Безобразие? Ты вдруг перестал думать обо мне как о распутной женщине?
— Да. Или нет. Не знаю. Черт тебя побери с твоими вопросами.
— Это управляющий заставил тебя переменить обо мне мнение?
— Нет.
София, по собственной инициативе принявшаяся играть ненавистную ей роль, чувствуя, что ее выдержки надолго не хватит, стремительно бросилась к балконной двери, шепча в ужасе:
— Господи, что будет, если я беременна?
Райдер, догнав ее на балконе, успел услышать эту фразу и, не скрывая удивления, спросил:
— Ты что, никогда не думала о возможности беременности, когда встречалась с мужчинами? Ты предохранялась?
— Нет.
Какое дикое недоразумение! Если София окажется, несмотря на все его опасения, в интересном положении, ребенок будет не от Райдера, потому что Райдер не был с девушкой близок. А если она утверждает, что до него была девственницей, то что же? Произошло непорочное зачатие? Бред какой-то. Собственно говоря, Райдеру следовало признаться Софии, что ничего в ту ночь не произошло, но он не признался. Не признался из боязни, что, узнав об этом, девушка согласится выйти замуж за Грэйсона. Вместо того чтобы открыть ей правду, Райдер спросил:
— Когда у тебя была последняя менструация?
София, услышав слово «менструация», в ужасе отпрянула от Райдера, словно он сказал что-то непотребное, молча постояла и, не прощаясь, убежала, оставив его размышлять над ее странным поведением.
Четырьмя часами позднее вернулся взволнованный, растрепанный и потный Сэмюель Грэйсон и прямо с порога начал рассказывать новости Эмилю и Райдеру, которые вышли встречать его:
— Завтра утром Шерман Коул собирается извлечь из могилы труп Берджеса. Весь Монтего-Бей гудит как растревоженный улей, все только и говорят, что о событиях в Кэмил-холле. Томас пока на свободе. Коул грозится, что, после того как он арестует Софию, он предложит Томасу вознаграждение за то, чтобы тот покинул свое убежище и принял участие в допросе обвиняемой. Коул не поверил моему рассказу о ночном посещении Томасом Кимберли-холла с целью убить вас, Райдер. Он также уверен в том, что вы лжете, уверяя его в невиновности Софии. Он уверен, что Берджеса застрелили и что его убийца — София, и ничего не желает слушать. Он намеревается в самое ближайшее время потребовать ареста девушки, допросить ее, с Томасом или без него, и повесить за преступление. И все в течение недели. И заявляет при этом, что никому не удастся остановить его, так как он защищает интересы правосудия и закон.
— Итак, близится развязка всей истории? — спросил Эмиль. — Знаете, отец, каким бы ни было мое отношение к Софи, мне не хотелось бы видеть ее вздернутой на веревке.
— Что ты понимаешь, наивный щенок! — в отчаянии, вскричал Грэйсон. — А вы, Райдер, вскоре будете избавлены от необходимости заботиться о несчастной девушке; останется только Джереми. — Управляющий повернулся к сыну: — Завтра в Кэмил-холле нас ждут дела. Отправляйся к Софии и предупреди ее, чтобы она соблюдала крайнюю осторожность.
Когда Эмиль ушел, Грэйсон обратился к Райдеру:
— Теперь у нас остался единственный выход, и нам следует им воспользоваться. Слушайте меня внимательно, Райдер. В гавани стоит корабль под названием «Харбинджер», завтра рано утром он отплывает к берегам Англии. София и Джереми должны быть на этом корабле.
— Отлично, — ответил Райдер. — Они обязательно там будут. И не смотрите на меня так, Грэйсон, я знаю, что у вас на уме. Девушка не может уехать в Англию без защиты, без денег, без покровителя, так?
— Так, — согласился управляющий. — И вы в данный момент не можете ехать вместе с Софией.
— К сожалению, не могу. Еще не улажен до конца вопрос об опекунстве, а также следует разобраться с судьей и Томасом.
— Что же вы намерены предпринять?
— Разве у меня имеется широкий выбор возможностей,