Строптивая невеста

есть что-нибудь для этого случая?
— Нет.
— Тогда я пришлю к тебе Коко, она принесет все необходимое. Может быть, ты хочешь принять болеутоляющее? Живот сильно болит?
— Нет. Да.
Через пятнадцать минут София лежала в постели, а Райдер, в ночной рубашке, стоял у кровати и смотрел на жену, которая, несмотря на жару, натянула простыню до самого подбородка.
Райдер заставил Софию выпить опия и торжественно пообещал:
— Клянусь, я не посягну на твою честь, когда ты будешь спать под действием лекарства.
На что София ответила раздраженным тоном:
— А почему бы и нет? Ты же делал подобное раньше.
— Да-а, видимо, фортуна повернулась ко мне спиной, — вздохнул Райдер и, подняв простыню, залез в постель и улегся рядом с женой. — Не дергайся, Софи, и не вздумай размахивать кулаками, иначе окажешься на полу. Я не собираюсь заставлять тебя заниматься со мной любовью. Закрой глаза и постарайся заснуть, опий действует быстро. Хочешь, я поглажу тебе живот?
Ответа на этот вопрос Райдер не получил — спрашивать было некого: София заснула.
На следующее утро, лишь начало светать, Райдер стоял рядом с Софией на палубе «Харбинджера» и давал жене последние наставления в дорогу.
— Не забудь отдать письмо моему брату. Не волнуйся, мои близкие будут заботиться о тебе и Джереми. С моей матушкой, возможно, возникнут осложнения, но если она будет не очень приветлива, не обращай на это внимания, хорошо? Аликс, та наверняка станет твоим союзником. Ты положила деньги в надежное место?
— Да, Райдер.
— Живот не болит сегодня?
— Нет.
— Обещаешь, что наймешь в Саутгемптоне сопровождающих?
Райдер нахмурился.
— Ты недовольна, что я разговариваю с тобой, как с ребенком, да?
— Да.
— Видишь ли, Софи, я впервые в жизни женат и впервые в жизни отправляю свою жену в дальний, опасный путь. На мне лежит ответственность за тебя и Джереми, и это тоже впервые, если не считать де…
Райдер осекся и мысленно отругал себя за неосторожность: он чуть не проболтался Софии о детях, хотя для признания момент был крайне неподходящий. Настанет время, и он обязательно расскажет ей о них, но не сейчас. София внимательно смотрела на мужа, ожидая продолжения фразы, но он после некоторого замешательства сказал только:
— В общем, и ты и Джереми теперь мои близкие родственники, и я за вас отвечаю.
— Не надо зря беспокоиться, Райдер, с нами все будет в порядке. Если, конечно, твоя семья примет нас хорошо.
— Разумеется, мои близкие примут вас хорошо; они, понятно, удивятся, потому что я не собирался жениться, во всяком случае, в ближайшие десять лет. Ты, пожалуйста, постарайся хотя бы сделать вид, что немножко любишь меня, чтобы не вызвать еще большего удивления. Они-то, в отличие от тебя, не считают меня грубым животным.
К Райдеру подошел капитан Мэллори, коренастый человек с широким некрасивым лицом, и, вежливо улыбаясь, предупредил:
— Нам пора отправляться, сэр. И не волнуйтесь, мистер Шербрук, я доставлю вашу жену в Англию целой и невредимой. У вас еще есть время для прощального поцелуя, но не более.
Райдер улыбнулся Софи:
— Можно мне тебя поцеловать?
София подняла к нему лицо, и он, наклонившись, нежно поцеловал ее плотно сжатые губки; от этого прикосновения София вздрогнула, и Райдер так и не понял почему: оттого ли, что жена нервничала перед дальней дорогой, или от удовольствия. В последнем он, правда, сильно сомневался.
— Будь осторожна, — не удержался Райдер от напутствия, погладил Софию по щеке и обернулся к Джереми, стоявшему неподалеку. Крепко обняв мальчика, он потрепал его по волосам и сказал: — Будь умницей, Джереми. И присматривай за сестрой, чтобы она не сильно грустила. Я постараюсь вернуться в Англию как можно скорее. А пока буду скучать здесь, потому что я успел полюбить тебя, мой дорогой. Успешного путешествия.
Райдер сошел с корабля и долго стоял там, наблюдая за приготовлениями к отплытию, слушая отрывистые приказы капитана и щурясь от яркого солнца, которое уже взошло и огненным шаром сияло на небосводе. Наконец все было сделано, отдали швартовы, и большое красивое судно стало медленно отдаляться от берега. Райдер помахал на прощание своей жене и шурину, подождал, пока корабль не отплыл так далеко, что превратился в маленькую движущуюся точку на горизонте, и только потом покинул гавань. Надо сказать, что он уходил, испытывая чувство удовлетворения и облегчения: Софи и Джереми находились в безопасности, вне досягаемости судьи Шермана Коула, его угрозы были им теперь не страшны.
Судья не забыл своего обещания и ровно в час дня явился в Кимберли-холл.
— Какая приятная неожиданность! — воскликнул Райдер, увидев