Строптивая невеста

важного гостя, решительной походкой прошествовавшего на веранду, и даже и не подумал встать при его появлении. — Зачем вы пришли? Снова будете угрожать?
— Катитесь к дьяволу, Шербрук!
— Что, что? Как вы изволили выразиться? Неужто мой удар ничему вас не научил? А я-то думал, что ударил вас достаточно сильно.
— Я был уверен, что вы лгали, стараясь выгородить эту маленькую шлюшку.
В разговор вмешался Эмиль, не позволив таким образом Райдеру встать и дать высокопоставленному нахалу хорошую затрещину.
— А где ваши помощники? — спросил как ни в чем не бывало сын управляющего.
— Они разыскивают Томаса, — ответил судья.
— Я подозреваю, что вам, мистер Коул, придется здорово раскошелиться, когда Томаса поймают. Вы же так мечтаете о том, чтобы он дал показания против Софии Стэнтон-Гревиль.
— Я? Раскошелиться? Да вы что! Я вздерну негодяя, и весь сказ. Он нагло врал мне, хотел сделать из меня дурака!
— Что вы имеете в виду?
— Только то, что сказал. Берджес не был застрелен. На его теле не нашли следов ни от пуль, ни от ножевых ранений. Берджеса задушили. Кто, я думаю, вы догадываетесь. Она, конечно, не могла этого сделать, у нее не хватило бы на это сил.
С этими словами Шерман Коул повернулся и, не прощаясь, покинул негостеприимный дом, оставив Райдера, Эмиля и Сэмюеля Грэйсона в полном недоумении.
— Боже мой! — не удержался от восклицания Райдер. — Какая насмешка судьбы! Мне вовсе не обязательно было жениться на Софии и тем более отправлять ее и Джереми в Англию! Как все вышло!
— Не о чем сожалеть, Райдер, — заметил управляющий. — Что сделано, то сделано, и, на мой взгляд, так оно лучше. Неизвестно, что судья придумает завтра.
Но Райдер уже был поглощен раздумьями о своей судьбе. Пожалуй, ему грех на нее жаловаться. Он вздохнул и покачал головой:
— Подумать только, Берджес был задушен!
Он снова покачал головой.
— Черт бы меня побрал! — пробормотал он и пошел к конюшням.

Ла-Манш, семь недель спустя
София и Джереми стояли на палубе корабля и, крепко держась за поручни, смотрели на бушующее море, на большие волны, вздымавшиеся совсем недалеко и с потоком брызг разбивавшиеся о крутые деревянные борта судна. Дул свежий ветер. Джереми первый заметил в плотном тумане очертания суши и готов был кричать и плакать от радости. София смотрела на приближающийся берег со смешанным чувством облегчения и страха: облегчения потому, что долгое путешествие подходило к концу, а страха — потому что ее ждал не родной и знакомый Фоуи, а Нортклифф-холл. На корабле во время плавания ни она, ни Джереми не скучали: капитан Мэллори и его первый помощник мистер Мэттисон оказались приятными людьми; оба родом из Шотландии, они были и внешне похожи: оба курили трубку, оба имели лысину и оба знали множество занятных историй. Кроме того, капитан обучал Джереми основам астрономии и навигации, а мистер Мэттисон — географии, но и это было далеко не все: София каждое утро занималась с братом французским языком. Помимо уроков, путешественники много читали; на их счастье, в каюте первого помощника нашелся шкаф, битком набитый всевозможными книгами, и к концу плавания София с Джереми прочли их все.
Как-то вечером брат и сестра сидели в своей небольшой уютной каюте и играли в шахматы. София, порывистая и неосторожная в игре, проигрывала Джереми, который в отличие от нее обладал большим терпением и тщательно просчитывал возможные ходы и варианты.
— Скоро мы уже будем дома, — сказала София и сделала ход слоном. — То есть я хочу сказать, что сначала мы прибудем в Саутгемптон.
— Да, да, я знаю, — отозвался Джереми. — Рай-дер мне все объяснил. В Саутгемптоне мы наймем экипаж и доберемся до Нортклифф-холла, причем в один день. Райдер не хотел, чтобы мы останавливались на ночь в гостинице, он считает, что это довольно опасно. А вот когда я подрасту хотя бы на один фут, я смогу защитить тебя. — Джереми улыбнулся. — Райдер научит меня драться. Он обещал.
— Это будет, конечно, замечательно, но, мой дорогой, я достаточно взрослая и могу прекрасно обходиться без защитников. Я вовсе не такая беспомощная, как думает Райдер.
— Да я и не говорю, что ты беспомощная. Ты вообще не такая, как другие девушки, — согласился с сестрой Джереми. Он внимательно смотрел на доску, раздумывая, какой следующий ход будет наиболее удачным. — Райдер меня предупреждал, что ты начнешь вести беседы в этом роде. Мы, то есть ты и я, находимся теперь под его опекой и должны слушаться его. Что тут еще обсуждать?
— Да. Ты, разумеется, прав, мой дорогой. Может быть, тебе хотелось бы поговорить о тех пьесах, которые ты недавно прочел?
Джереми охотно