Две девушки, две Наташи, две «попаданки» в прошлое… На их хрупких плечах лежит судьба России, да и всего мира. Но как справиться с неповоротливой Колесницей Истории, если предупредить товарища Сталина не получается, мочить Хрущёва поздно, автомат Калашникова уже изобретён, а Высоцкий и сам неплохо исполняет собственные песни?
Авторы: Сергей Владимирович Арсеньев
тут связь медленно устанавливают, ужас! Все делается вручную. Никакой механизации. И это еще у меня элитная правительственная связь. Обычному человеку из Берлина до Москвы дозвониться минут двадцать, наверное, нужно. Меня-то пять минут соединяли. Ладно, соединили. Я вежливо поздоровалась с Александром Николаевичем и сообщила ему сегодняшний пароль. Все нормально.
Ну, все. Пора. Блин, опять эта каторга. Ненавижу. Школа. Да еще и среда сегодня. Ужасный день. Меня тут учат. Знаете, на что процесс моего обучения больше всего похож? Помните старинный мультфильм «Двенадцать месяцев»? Как там юную королеву учили. Примерно так меня здесь и учат.
Нет, с точными науками все у меня нормально. Математика-физика-химия идут на ура. Профессора не нахвалятся, говорят, что хоть сейчас в университет. Школьную программу я освоила в полном объеме. Так же отлично у меня по иностранному языку. По русскому то есть. Я по-русски даже лучше своего учителя говорю. А вот с грамотностью у меня хреново. Ошибок я многовато пока что делаю. Но самый кошмар – это родная литература.
О, приперся! Начкар стучит, входит и докладывает, что опять притащился этот старый мухомор. Ладно, зови уж. Все равно не отвертеться. Здравствуйте, герр Мунк. Да-да, я тоже очень рада. Просто безумно. Такое счастье увидеться с вами. Что? Поэтический реализм? Безусловно, крайне интересная тема. Давайте изучим. Я вся внимание.
Ага. «Шварцвальдские деревенские истории». «Культурно-исторические новеллы». Очень интересно. Хомяк-исследователь перебежал из-под шкафа под диван. Гейзе приобретает славу первого новеллиста Германии, а хомяк подбирает и запихивает за щеки кусочки капусты. Немецкий роман заметно стремится к возможному для него реализму. Куда ж ты морковь-то еще пихаешь, балбес? Щеки ведь лопнут! Из новеллистов лучшие Конрад Фердинанд Мейер и Захер-Мазох. Что, не лезет? Но просто бросить жаба не разрешает, да? С раздувшимися щеками и куском моркови в зубах хомячок рысью удаляется обратно под шкаф. Но отрадное явление представляет собой беспритязательный семейно-юмористический роман…
Когда я проснулась, в комнате никого, кроме меня, не было. Я выпрямилась на стуле и посмотрела по сторонам. А где все? Ладно, допустим, хомяк все еще под шкафом. Но где герр Мунк? Он что, ушел, даже не попрощавшись со мной? Это ведь невежливо. Или он обиделся? А чего? Подумаешь, немножко заснула. У него голос такой убаюкивающий…
– Поживут в гостинице. Ничего с ними не сделается. Зачем по семьям-то?
– Нет! Ютта, нет! – В волнении я вскочила на ноги и принялась расхаживать по своему кабинету, для большей убедительности сопровождая речь жестами. Похоже, это я от Гитлера заразилась, тот тоже всегда так делал. – Ну, какие же вы упертые! Вчера Артур приходил, сегодня ты с тем же самым. Это очень важно, чтобы именно по семьям. Они должны пожить нашей жизнью, понять нас. А мы должны посмотреть на них. Должны увидеть, что в России живут не только евреи и комиссары, но и обычные люди. Такие же, как здесь у нас, мальчишки и девчонки.
– Они же азиаты!
– Отбор первой группы на контроле лично у товарища Молотова. Я разговаривала с ним по телефону, и он обещал, что в этой группе ребята внешне будут неотличимы от чистокровных немцев. Любого из них можно смело размещать на плакате гитлерюгенда.
– Нашим, наверное, будет неприятно жить рядом с человеком низшей расы. Мне точно было бы неприятно.
– Но если бы партия приказала, ты могла бы потерпеть пару недель?
– Могла бы. Если бы приказала.
– Вот и другие потерпят. Партия в моем лице приказывает потерпеть. Артур своим мальчишкам тоже прикажет. Фюрер в курсе и не возражает.
– Но как же они станут общаться? Русского языка у нас практически никто не знает.
– Разберутся как-нибудь. Те, кто приедет, основы немецкого знать будут. Для общения на бытовом уровне достаточно.
– Ну, раз так, то… Хотя целых две недели делить свой дом с недочеловеком…
– Ютта! Что это за бред? Какие недочеловеки?
– Как же? Ведь доктор Геббельс неопровержимо доказал, что…
– Стоп! Ты читала статью доктора Геббельса в «Der Angriff» от 15 августа?
– Нет. А что там?
– Да, это я упустила из вида. И ведь наверняка таких у нас большинство. Значит, так, приказываю старшим каждого девичника нашего «Союза» ознакомиться со статьей доктора Геббельса в номере «Der Angriff» от 15 августа 1941 года. В Берлине – обязательно. Пусть идут в библиотеки, спрашивают своих знакомых, где угодно, но чтобы нашли и прочитали. А затем довести содержание статьи до своего девичника.
