Демоны — это не игрушки! Демоны — это неприятности! Гарантированные неприятности для всех, кто рядом. Стоило только Бассо немного задержаться на одном месте, как столица узнала о грязных предвыборных технологиях Земли, о боевых свиньях-убийцах, уничтожающих все на своем пути, и о темных магах, вновь поступающих в магический университет.
Авторы: Кощиенко Андрей Геннадьевич
мне по спине кулачками – тум, тум, тум!
– Ха-ха-ха! Ха-ха!
Выворачиваюсь, перехватываю ее руки и притискиваю к стене.
– Я… тебя… щас… – вырывается она. Я не выпускаю.
Борясь, возимся несколько секунд. Какая она мягкая! И гибкая…
– Гм… Гм! – раздается неожиданно рядом.
Оборачиваюсь. Рядом, непонятно откуда взявшийся, магистр в голубой мантии воздушников. Седые волосы, густые брови и аккуратная бородка. Серые, цепкие глаза. Руки сложены за спиной, лицо строгое, с порицанием. Но в ментале чувствую иронию.
– Гм… – еще раз прочищает он горло. – Молодые люди, я вполне понимаю вашу молодость и восторг. Но все же напомню вам, что у нас здесь университет. Прошу вас вести себя… потише. Господа, идут занятия…
– Да, магистр. Прошу простить, – ответил я, выпуская Стефанию и одергивая на себе одежду, – мы несколько увлеклись, обсуждая одну тему… Понимаете, возникли некоторые разногласия…
– Разногласия? – с иронией прищурился магистр. – Да, разногласия даже среди опытных магов – это сплошь и рядом. Однако, как позволяет судить опыт моих прожитых лет, выбранный вами путь к консенсусу, пожалуй, наиболее правильный… Но прошу вас – потише. Не шумите…
Магистр сделал кивок и, дождавшись от меня ответного знака уважения, солидно двинулся по коридору, все так же держа руки за спиной.
Стефания, сопя, пыталась расправить закрутившуюся на ней мантию.
– Зачем ты это сделал? – наконец спросила она, приведя себя в относительный порядок.
– Дабы отвлечь тебя, – ответил я, с улыбкой глядя на сердито сопящую Стефи.
– От чего? – надула она губы.
– Все от того же. От дурных мыслей.
– Вот уж спасибо! – с едким сарказмом в голосе ответила она, поправляя растрепанные волосы. – И как я теперь буду со старшекурсницами разговаривать? Объяснять, что я тут ни при чем?
– Ну ты с ними и раньше особо не разговаривала. Так что невелика потеря. Зато когда они тебя «пинать» будут, голова твоя будет занята ими, а не сама знаешь чем.
– Так это что, лекарство такое?
– Ага.
– Спасибо тебе, просто преогромное спасибо! За заботу.
Голос Стефании просто сочился ядовитым сарказмом.
– На здоровье. Только если ты думаешь, что на этом все закончилось, то это ты зря…
– А что? Что еще?
– Срыв занятий у целительниц, который наверняка потребуется объяснить преподавателям, а может, и ректору, – начал демонстративно загибать я пальцы, – разборки со старшекурсницами, слухи о том, что мы с тобой обжимаемся по углам… Как пить дать, кто-нибудь еще что-то придумает… Короче, ближайшее время ты будешь занята.
– Ах ты… – задохнулась от возмущения Стефи. – А что я Динию скажу, если сплетни дойдут до него?
– Ничего. Проверишь его на чувства к себе. Посмотришь, кому он поверит… Посмотришь и сделаешь выводы. Нормальный ход.
– Да ты… Знаешь, ты кто?!
Короче, со Стефи мы тогда поругались. Точнее, она поругалась со мной. Но ненадолго. Дня на два. Естественно, на нас нажаловались, и госпожа Элеона, как представительница обиженных целителей, потренировала на нас свое остроумие, подняв нас на ноги перед всем потоком. Наш преподаватель высказался. Ректор прокомментировал. Стефи бледнела, краснела и заикалась. Я же изображал из себя стог сена – все куда-то проваливается, без отклика. Девочки Стефи «жирную» припомнили. Поцапалась она с ними. Ходила возмущенная. Но сплетен про нашу с нее возню я по университету не слышал. Похоже, магистр был приличным человеком и делиться увиденным ни с кем не стал. Что ж, гран мерси ему за это! Сплетни, это, пожалуй, было уже лишнее. Еще с Динием мне разборок недоставало! В общем, теория возбуждения одних зон мозга в пику другим оказалась правильной. Стефи только и делала, что уворачивалась от всего свалившегося на нее. На любовные переживания ее уже не хватало. Если и хватало, то сил оставалось на них гораздо меньше. Не скажу, что на ее лице поселилась улыбка, но, по крайней мере, со сном у нее, похоже, наладилось. И в учебу она снова впряглась. Короче, друг спас друга, как говорил Карлсон. В промежутках между всеми этими событиями я ничем таким особенным не занимался. Рисовал, играл в свое удовольствие на гитаре. Магию практиковал. Благодаря Стефании с волшебством у меня стало гораздо лучше. Сил прибавилось, и круг доступных заклинаний расширился. Забавным оказался момент с телекинезом. В свое время, в Эсферато, я активно занимался в этом направлении, надеясь заполучить еще пару конечностей для облегчения себе жизни на арене. С их помощью можно было и оружие противника затормозить, и пихнуть его как следует, да и ударить. Но тогда у меня не очень получалось. Не удавалось мне достичь того уровня контроля или концентрации,
