Демоны — это не игрушки! Демоны — это неприятности! Гарантированные неприятности для всех, кто рядом. Стоило только Бассо немного задержаться на одном месте, как столица узнала о грязных предвыборных технологиях Земли, о боевых свиньях-убийцах, уничтожающих все на своем пути, и о темных магах, вновь поступающих в магический университет.
Авторы: Кощиенко Андрей Геннадьевич
вокруг себя страсть!
Та рида-ри та-там-там-там-там!
Второй моей придумкой была кровь. Точнее, ее иллюзия. Идея была в том, чтобы из розы капали капли крови, словно она ею плачет. Очень кропотливая работа! Иллюзию было необходимо привязать к движению, дабы все выглядело естественно. Капли, падающие все время вниз, когда по логике они должны в этот момент стекать по стеблям, выглядят фальшиво. Много времени потратил, но сделал. Когда Стефи продемонстрировал, та принялась визжать.
– Ну какая же ты темная, – сказал тогда я, убирая иллюзию, – если при виде крови ты визжишь, словно мышку увидела!
Отдышавшись, та ответила, чтобы я со своими дурацкими шутками к ней больше не подходил, иначе она за себя не отвечает! Если вспомнить, как она гасит свечи, то совет был весьма дельным…
Та рида-ри та-там-там-там-там!
Стефания рукой в черной перчатке держит ярко-красную розу бутоном вверх. Я накрываю ее кисть своей так, словно сильно сжимаю ее пальцы. Секунда – и между моими пальцами появляется алая кровь. Ее много. Она сбегает по пальцам, окрашивая кулак в алый цвет, и капает вниз, на сияющий паркетом пол.
– Аххххх! – выдыхают окружающие, заметив это.
Та-там-там-там-там!
Танец продолжается. Мы танцуем, разбрызгивая алые капли по сторонам. Они, правда, исчезают, не долетев до пола, но это неважно. Все смотрят на мою руку, сжимающую руку Стефании. Наверное, думают, что роза проколола ей шипами ладонь, и жалеют бедняжку. Шипы я обдирал со стебля самолично. Все приходится тут делать самому…
Та рида-ри там-там!
На последнем аккорде мелодии я отпускаю руку Стефи и широким круговым движением делаю кистью руки взмах в сторону. Крупные капли, срываясь с окровавленных пальцев, устремляются к зрителям. Те с многочисленными испуганными женскими вскриками отшатываются назад.
Там-там!
Танец закончен. Мы замираем друг напротив друга. Раскрасневшаяся Стефи с блестящими глазами и розой в руке и я с протянутой к ней открытой ладонью, с которой исчезла кровь. Тишина. Все молчат.
– Браво! – неожиданно громко в наступившей тишине произносит император. – Это действительно гораздо лучше песен! Браво!
Император аплодирует. Пару мгновений спустя к нему присоединяется зал. Аплодисменты и крики «Браво!» заполняют его.
Я вывожу вперед Стефи, держа ее за вытянутую руку. Кланяюсь, она делает реверанс императору, потом мы поворачиваемся лицом к залу и приветствуем уже его. Начавшие было ослабевать аплодисменты вновь усиливаются.
«Твой звездный час, Стэф!»
«Наш!»
Император между тем встал с трона, быстро спустился по ступенькам и бодрецом направился в нашу сторону.
– Великолепно, молодые люди, просто великолепно! Такой… – Широко улыбаясь, подошел он к нам и покрутил правой кистью руки в воздухе, подыскивая подходящее слово. – Энергичный танец! Энергичный, да! Накал! Страсть! Молодцы! Молодцы! А кровь? Иллюзия? Я так и думал! А роза? Настоящая? Позвольте взглянуть?
– Спасибо, ваше величество, – ответила Стефи, расправляя руками юбку и вновь приседая, я поклонился.
– Отлично! Я прямо почувствовал себя лет на сто моложе! Ну точь-в-точь, как в молодости!
Хм… если он почувствовал… он же далеко был! А не увлекся ли я?
Я кинул взгляд в сторону трона, прикидывая расстояние, и увидел, что все императорское семейство, встав со своих мест, тоже направляется к нам. Возглавляет процессию Сюзанна.
Похоже, что все же я увлекся…
– Господин Мотэдиус! Идите сюда! Что вы там прячетесь? – Хайме, вытянув шею, углядел ректора в толпе и принялся приглашающе махать ему поднятой рукой. – Идите же сюда!
– Я не прячусь, ваше императорское величество, – с достоинством произнес, подойдя, Мотэдиус. – Как я могу прятаться от своего императора? Мне совершенно нет причин это делать!
– Да? А что вы можете мне сказать про боевых свиней, которых тайком выращивают в вашем университете? А?
Пауза. Ректор пару раз открывает и закрывает глаза.
– Каких свиней, ваше величество? – наконец недоуменно спрашивает он, вытянув шею и чуть выставив вперед правое ухо.
– Боевых. Которые не пробиваются копьями и мечами, имеют в пасти огромные клыки и еще могут становиться невидимыми. Про них пишет в своих депешах лазутчик, которого мой первый министр ловит уже три года. А? Что вы мне про них скажете, господин ректор?
«Ой!»
«Не вздумай че-нить брякнуть! Мы тут ни при чем!»
– Ваше величество… шутит?
– Шутит, шутит! Ладно. Этот анекдот я вам расскажу чуть позже, а сейчас я хочу побыть всемогущим императором! Итак, молодые люди, – обращаясь уже к нам, сказал Хайме, – я оценил ваш подарок. Хочу сказать, что… весьма,
