Бывший борец по прозвищу Грек любил и был любимым. Но в один злосчастный день стычка с зарвавшимся авторитетом лишила его всего. Отец и сестра Грека погибли в огне. Он потерял любимую невесту и своего нерожденного ребенка. За ним идет охота. И он выходит на бой против всех. Чтобы выжить, он обречен убивать.
Авторы: Седов Б. К.
все, отнюдь не маленькое, озеро. На удочку же попадалась лишь мелочь, по причине своих более чем скромных габаритов до поры до времени легко проскакивающая капроновую сеточную ячею. Но это были еще не все беды, свалившиеся на привыкших жить в гармонии с природой селян. Хозяевам теремов оказалось тесно в своих обнесенных высоченными заборами владениях. В хорошую погоду они со свойственным им размахом любили гулять на природе. Берега озера, сплошь заросшие камышом и манящие сочной травкой и островками молодых березок, вскоре оказались вытоптаны, захламлены битым стеклом, давленым пластиком, консервными банками, обезображены черными пятнами кострищ. Тащить дрова от леса было далековато. Поэтому березовые оазисы стали редеть с пугающей быстротой. Единственный же песочный островок побережья возле леса, на котором под сенью сосен раньше разбивали палатки туристы из Питера, как оказалось, очень подходит не только для купания, но и для мытья джипов…
Однажды летом селяне вкупе с единственным местным милиционером, не выдержав подобного варварского отношения к их родной природе, собрались и накатали в местную управу коллективную «телегу». Через три дня пожилого старлея нашли на окраине деревни, в зарослях папоротника, с проломленной головой. А несколькими днями позже неизвестные злодеи под покровом ночи сожгли деревянную лодочную пристань, а вместе с ней – еще два пустующих дома. К счастью, никто не пострадал. Хулиганов и поджигателей так и не нашли, зато предупреждение было принято к сведению. С тех пор жалобы и недовольство в среде местных аборигенов моментально сошли на нет. Чего, собственно, и добивались не столь уж не известные вандалы. А на преисполненные бессильной злобы взгляды из-за плетня вслед пролетающему по пыльной грунтовке, в сопровождении джипов с охраной, роскошному «мерседесу», обитателям элитного поселения было более чем наплевать. Стоит ли обращать внимание на ползающих под ногами муравьев?..
И уж тем более никто из жителей Савикино не знал в лицо человека, который после тревожного звонка от знакомого бюрократа отдал своим бойцам приказ «раз и навсегда успокоить голытьбу». Его окруженный территорией в две гектара трехэтажный дом с красивыми башенками, деревянными петухами на крышах и резными наличниками на окнах стоял на самом лучшем месте – на вершине холма, возле дороги, ведущей вниз, к песчаному пляжу. Хозяин дома был неофициальным паханом всего поселения, и его приказы не обсуждались. Заместитель главы усть-озернинской админстрации по вопросам строительства и инвестиций Виктор Анатольевич Киржач привык, что все его команды выполняются беспрекословно и в срок. Вот и сегодня, в пятницу, отправляясь после трудного дня на дачу в компании двух молоденьких секретарш из мэрии, Виктор Анатольевич был уверен: прислуга не подкачает. Русская банька будет натоплена березовыми дровами, стол – накрыт, в спальне – постелено свежее шелковое белье, а четверо сопровождающих его на двух джипах дюжих бойцов из охранного агентства «КСК» не позволят чему-либо или кому-либо нарушить его заслуженный трудной работой на благо новой России, приятный во всех отношениях отдых.
– Первый! Первый! Говорит пятый. Объект прибыл, – проводив взглядом кортеж дорогих иномарок и включив рацию, сообщил наблюдатель – сидящий за рулем «Нивы», припаркованной у поворота с трассы на лесную дорогу, бородатый мужчина в камуфляжной рыбацкой экипировке. – Как и предполагалось, двигается на «мерседесе», в сопровождении двух джипов с охраной. Как слышите меня? Прием.
– Понял тебя, пятый, – отозвалась рация голосом капитана Макса Лакина. – Отбой. Ты на сегодня свободен. Можешь возвращаться обратно в Питер.
– Вас понял, первый. Конец связи…
– Едет, с-сукин кот, – положив рацию на сиденье черного микроавтобуса с тонированными стеклами, капитан пристально посмотрел сначала на вызвавшегося лично принять участие в операции генерала Вырвидуба, а затем перевел взгляд на сидящего напротив, нервно курящего сигарету за сигаретой Артема. – Ну, ты как, Грек? Готов?
– К такому делу я всегда готов, – глухо отозвался Артем. На тронутом сединой виске недавнего беглеца чуть заметно дернулась жилка. Грек явно нервничал. Впрочем, это обычное дело. От исхода операции, в мельчайших деталях спланированной Максом, сейчас зависело слишком многое, чтобы позволить себе дать слабину. Но капитан верил: жажда мести и все еще свежая боль от перенесенных Греком страданий позволит ему сломать хребет зверю.
– Отлично, – кивнул Лакировщик. – Подарим им часа два-три на баньку и ужин, а затем начнем. – Макс с прищуром оглядел группу поддержки – трех крепкого
