Бывший борец по прозвищу Грек любил и был любимым. Но в один злосчастный день стычка с зарвавшимся авторитетом лишила его всего. Отец и сестра Грека погибли в огне. Он потерял любимую невесту и своего нерожденного ребенка. За ним идет охота. И он выходит на бой против всех. Чтобы выжить, он обречен убивать.
Авторы: Седов Б. К.
финтами государевых конторах дураков не держала…
Едва из-за угла коридора показалась фигура незнакомого крепкого мужика лет сорока пяти с пистолетом в согнутой возле груди руке, Артем покрепче перехватил свое, так вовремя забытое сантехником, оружие, и в полсилы, чтобы не убить, врезал ему по черепушке, метя точно в лоб – наиболее крепкую часть головы. Усатый, как подкошенный, тяжело рухнул на пол…
Медлить было некогда, и Артем, как был, голышом, выскочив из своего укрытия, бросился на успевшую стремительно оценить ситуацию, сгуппироваться, выбросить на пол тонкую пачку зеленых американских денег и сделать отскок назад «почтальоншу». Не могло быть и речи, чтобы достать Маргариту свет Львовну столь же простым ударом по чайнику, как усатого. Учитывая квалификацию дамочки, рука с разводником будет наверняка перехвачена, блокирована и обезоружена болевым приемом. А к каким последствиям приведет такое изменение расклада сил, ясно и без комментариев. Поэтому Артем, привыкший во время схваток на борцовском ковре в доли секунды принимать единственно правильное решение, пошел на хитрость, краем глаза отмечая, как правая рука второго, стоящего к нему вполоборота рослого, смуглого и жилистого мужика, чуть запоздав, скользнула за отворот крапленого серого пиджака…
Для вида от души замахнувшись ключом и уловив момент, когда купившаяся на обманку дамочка сноровисто вожмет голову в плечи и поднырнет под руку, намереваясь произвести захват, Артем неожиданно крутанулся и ударом сначала голени, а затем и колена в живот – оба наряду с другими, не принадлежащими к традиционному самбо, приемами некогда были позаимствованы им из тайского бокса – отправил не успевшую среагировать шуструю «почтальоншу» в глубокий нокаут. Две-три минуты удушающей нирваны Маргарите Львовне были обеспечены…
Покончив с ней, он обернулся и успел увидеть перекошенное от злобы загорелое лицо с впалыми щеками и разгибающуюся в его сторону руку с короткоствольным серебристым пистолетом. Еще доля секунды – и произойдет непоправимое. На хитрые финты времени, увы, уже не было. Выронив разводник и прыгнув грудью вперед, Артем в падении успел вцепиться пальцами в запястье сжимающей оружие руки и рывком увести ее в сторону. Несмотря на видимое отстутствие глушителя, раздавшийся глухой хлопок мало походил на пистолетный выстрел. Пуля ушла вниз, под углом примерно в сорок пять градусов, и не причинила ему ни малейшего вреда…
Пальцы повалившегося на пол Артема буквально впились в запястье стрелка и тот, не удержав равновесия, рухнул на него сверху. Два сильных удара кистью об пол – и рука загорелого разжалась, выпустив ствол. Однако так просто сдаваться мужик явно не собирался. Завязалась драка не на жизнь, а на смерть. Несмотря на значительно превосходящие габариты, Артем не без труда справлялся с юрким, цепким и необыкновенно сильным физически противником, как выяснилось, знающим толк в рукопашных схватках. Рыча и катаясь по полу прихожей, меняя захваты и не давая противнику ни единого шанса как следует провести болевой или удушающий прием, Артем напирал, как мог, стремясь во что бы то ни стало поймать то неуловимое мгновение, когда опричник Киржача допустит роковую ошибку. И она не заставила себя долго ждать. Немалую роль в этом сыграл тот факт, что Артем был совершенно гол, в то время как на противнике имелись брюки, рубашка и пиджак.
Поймав воротник пиджака и посильнее дернув, Артему удалось слегка придушить противника и, воспользовавшись моментом, в два счета перевернуть его на живот, придавив мордой к колючему коврику для вытирания обуви. Оставалось только его зафиксировать и можно было праздновать победу. Если к создавшейся ситуации вообще подходил такой термин… Но тут в позвоночнике Артема вдруг полыхнула такая адская боль, что он непроизвольно вскрикнул. Пальцы его сразу разжались, мышцы, словно по команде, ослабли. Хрипя и корчась, Артем повалился набок и скрючился, неестественно вывернувшись и не имея возможности не то что дышать, но даже шевельнуть мизинцем. Старая травма позвоночного диска, несколько лет назад стоившая ему карьеры в большом спорте, увы, напомнила о себе в самый неподходящий момент…
Два удара ногой в голову поставили точку в схватке.
Голоса недавних «спарринг-партнеров» теперь доносились до оглушенного, пребывающего в сильнейшем болевом шоке Артема, словно из глубины колодца.
– Она мертва… Ты ее застрелил… И он тоже мертв…
– Это козел драный во всем виноват… Хорошо, ствол не засвеченный…
– Здоров бык… Что будем делать?… Ты как хочешь, Дмитрич, а я сваливаю. Твои проблемы, сам и разбирайся…
– Нет, Марго… Сначала ты поможешь мне все тут устроить… Тащить
