Бывший борец по прозвищу Грек любил и был любимым. Но в один злосчастный день стычка с зарвавшимся авторитетом лишила его всего. Отец и сестра Грека погибли в огне. Он потерял любимую невесту и своего нерожденного ребенка. За ним идет охота. И он выходит на бой против всех. Чтобы выжить, он обречен убивать.
Авторы: Седов Б. К.
если вдруг окажется, что милицейские ксивы в карманах у бойцов – отнюдь не липа. На паскудства наша доблестная милиция, многие из сотрудников которой в свободное от службы время не брезгуют откровенно криминальной халтурой, как известно, зело горазда. Был бы человек хороший, а статья найдется…
«Что же ты делаешь, Витек, сука этакая?! – то и дело поглядывая в зеркало, беззвучно изливал эмоции Артем. – Совсем у тебя разум затмило от злости и вседозволенности. Думаешь, встал у кормушки в своем крохотном приморском городке, в венах которого вместо канализации течет на Запад чистая нефть, так теперь все можно?! Зря ты так…»
«Гольф» по-прежнему не отставал. Позади уже остался юго-запад города, вот-вот начнется Петергофское шоссе. Артем решил не тратить время напрасно и упрямо гнал машину в сторону побережья залива. Навестить родителей нужно как можно скорее. Адрес домика на окраине Ломоносова обломам Киржача уже давно известен, так что нет резона скрывать секрет Полишинеля. Только бы эти черти не успели там натворить беды!.. Думая об этом, Артем как мог успокаивал себя. В конце концов, судя по почерку, руководит его поимкой не тупой отморозок, а бывший профессионал, мент или «комитетчик». С точки же зрения логики профи насилие над стариками, которым на самом деле не известны ни адрес, ни телефон Анюты, ничего не давало. Куда легче, натянув личину ментов и задав наводящие вопросы, просто обьявить матери и отцу «чистую правду», каковой она сейчас наверняка и видится из здания питерского ГУВД. Дескать, ваш сын Артем Александрович Греков – фактически уже вне закона, ибо объявлен в федеральный розыск за особо тяжкое преступление. После чего спокойно ждать в засаде хоть до Нового года.
Все это так. Только вот ехать в родительский дом без предварительного звонка, да еще с соглядатаями на шее, Артему отчего-то совсем не хотелось. Но причина не только в этом. Ежу понятно: если не срубить «хвост» самому, наружка ни за что уже не отстанет, будет пасти, если понадобится, – круглосуточно, выжидая удобного момента для финального рандеву тет-а-тет. Вряд ли показушник Киржач откажет себе в удовольствии лично набить рожу лишенному возможности ответить обидчику. Натура, как говорится, явно соответствует. Налицо патологическая страсть к демонстративной эпатажности, о чем недвусмысленно говорит сама за себя сцена с выплеснутым в лицо жульеном…
План избавления от наружки – рискованный, авантюрный и простой, как три копейки, – созрел у Артема в считаные секунды. Основным его фундаментом был популярный в массах тезис, гласящий, что «перед смертью не надышишься». Или: «Поздно пить «боржоми», когда почки уже отстегнулись», кому как нравится. Сути это не меняло. Какой смысл ломать комедию, если действующие лица и их намерения давно известны и финал, в случае пассивного бездействия, более чем очевиден. Так не лучше ли взять инициативу в свои руки, выбрав в качестве защиты дерзкое нападение?
..Когда импровизированный кортеж находился где-то на полпути между Санкт-Петербургом и Петродворцом, Артем стал постепенно, рывками, сбрасывать скорость, то газуя, давя на педаль акселератора и выжимая сцепление, то резко бросая машину вперед и тут же нажимая на тормоз. Следующие позади водилы стали огрызаться нервными ударами по сигналу, после чего включали указатель поворота и, нарочито вызывающе рыча движками, шли на обгон. Сидящие в «гольфе» преследователи явно не были готовы к такому повороту событий и растерялись, вынужденно сбросив скорость. Наконец мешающая нормальному движению транспорта синяя «девятка», мотор которой явно лихорадило, все-таки включила аварийную сигнализацию и криво приткнулась на пустынной обочине, возле кустов сирени. Артем заглушил двигатель, вышел из салона, не оглядываясь по сторонам нервно хлопнул дверью, пнул ногой переднее колесо, после чего нехотя открыл капот и с видом полного лоха склонился над моторным отсеком. В то же самое время перифирийным зрением он видел, как упрямо катящая следом аж с восточной части мегаполиса юркая иномарка, словно поколебавшись, тоже включает указатель поворота, съезжает на обочину и останавливается. Правда, двигатель не глушит.
«Клюнули, голубчики. Ну что ж, теперь потанцуем».
О том, что сейчас произойдет на обочине трассы, не догадывался ни Артем, ни пассажиры «фольксвагена». Предсказать исход рандеву не смог бы даже сам Нострадамус. Сплошной экспромт.
Две передние двери иномарки открылись одновременно, словно по команде. Артем, внешне старающийся не показывать охватившего его злого азарта, вел себя так, как любой типичный, мало разбирающийся в начинке своего железного коня, лоховатый водила в его положении – поднял полный
