Судьба Иерусалима

— Ну, ладно, — сказал Ларри, продолжая улыбаться. — А может, ты и одежды не видел. Может, это так… тряпки.
— Тряпки, — тупо повторил Хэнк.
— Конечно. Ты ведь знаешь эти старые дома. В них всегда полно хлама. Может, ты увидел какую-нибудь старую рубашку или еще что-то.
— Может, — прошептал Хэнк. Он осушил стакан. — Лихо ты со всем разобрался, Ларри.
Крокетт вынул из кармана бумажник и извлек из него пять десятидолларовых купюр.
— Это за что?
— Забудь все, что ты тут мне рассказал. Я вот уже забыл. Завтра утром проснусь и не вспомню. Вот жалость, правда?
— Ага, — пробормотал Хэнк. Он дрожащей рукой взял деньги и запихнул их в карман куртки, словно не желая дотрагиваться до них. Он встал так торопливо, что едва не опрокинул стул. — Я пошел, Ларри… Я не могу… пойду.
— Забери бутылку, — предложил Ларри, но Хэнк уже выходил в дверь.
Ларри снова сел. Он налил себе еще виски. Руки его не дрожали. Потом налил еще… и еще. Он думал о сделках с дьяволом. Тут зазвонил телефон. Он снял трубку. Тишина.
— Я все сделал, — сказал Ларри Крокетт.
Он прислушался. Повесил трубку. Потянулся за второй бутылкой.

Хэнк Питерс проснулся утром от страшного сна, в котором громадные крысы лезли из открытой могилы, где лежало зеленое, гниющее тело Хьюби Марстена с веревкой на шее. Питерс лежал в постели, тяжело дыша, мокрый от пота, а когда жена тронула его за руку, он закричал.

Продуктовый магазин Милта Кроссена располагался на пересечении Джойнтнер-авеню и Рэйлроуд-стрит, и здесь собирались вес городские болтуны, когда шел дождь и нельзя было сидеть на скамейках в парке. Зимой они тоже просиживали здесь целыми днями.
Когда Стрэйкер подъехал к магазину на своем «паккарде», Милт и Пэт Миддлер как раз спорили о том, в 57-м или 58-м сбежала из города Джуди, дочка Фредди Оверлока. Они оба согласились, что она сбежала с коммивояжером из Ярмута, но дальше их мнения разошлись.
Когда Стрэйкер вошел, спор прервался.
Он оглядел их всех — Милта, Пэта Миддлера, Джо Крэйна, Винни Апшоу и Клайда Корлисса, — и насмешливо улыбнулся.
— Добрый день, джентльмены, — сказал он.
Милт Кроссен встал, оправив фартук.
— Чем могу служить?
— Я хотел бы купить у вас мяса.
Он купил ростбиф, дюжину ребрышек, гамбургеры и фунт телячьего ливера. К этому он добавил еще кое-что из бакалеи — муку, сахар, бобы — и пару буханок свежего хлеба.
Покупка совершалась в полном безмолвии. Завсегдатаи сидели вокруг громадной печи, сооруженной еще отцом Милта, курили и краешком глаз следили за незнакомцем.
Когда Милт упаковал все покупки в большую картонную коробку, Стрэйкер уплатил наличными — тридцать долларов. Он взял коробку под мышку и снова улыбнулся им.
— Всего хорошего, джентльмены.
Джо Крэйн достал из пачки сигарету. Клайд Корлисс сплюнул пережеванный табак в мусорное ведро возле плиты. Винни Апшоу принялся скрюченными от артрита пальцами скручивать сигару.
Они наблюдали, как незнакомец ставит коробку в машину. Было ясно, что коробка весит футов тридцать, а он нес ее под мышкой, словно подушку. Он подошел к водительскому месту, сел и поехал вверх по Джойнтнер-авеню. Машина поднялась на холм, свернула налево, на Брукс-роуд и исчезла из виду в направлении дома Марстенов.
— Непростой человек, — сказал, наконец, Винни. Он сунул в рот скрученную сигару и зажег спичку.
— Это тот, что купил магазин, — сказал Джо Крэйн.
— И дом Марстенов, — добавил Винни.
Клайд Корлисс пукнул.
Пэт Миддлер с интересом рассматривал мозоль на левой ладони.
— Как вы думаете, они переехали? — спросил Клайд.
— Наверно, — сказал Винни. — Может, они уже давно там живут. Разве их поймешь?
Общий одобрительный шепот, почти вздох.
— Серьезный мужик, — сказал Джо.
— Угу, — поддержал его Винни. — «Паккард» уже не новый, а никакой ржавчины.
Прошли еще пять минут. Милт изучал купюры, которые дал ему Стрэйкер.
— Что, не те деньги? — спросил Пэт. — Он дал тебе не те деньги?
— Да нет, но смотрите, — Милт положил деньги на прилавок, и все уставились на них. Купюры были значительно больше обычных.
Пэт посмотрел их на свет.
— Это серия «Е», правда, Милт?
— Ну, — сказал Милт. — Их прекратили печатать лет пятьдесят назад.
Пэт пустил купюры по кругу, и все смогли их осмотреть, поднося к глазам, или, напротив, отодвигая, в зависимости от остроты зрения. Джо отдал их Милту, и тот сунул деньги в ящик под кассой.
— Странный тип, — заключил Клайд.
— Ага, — подтвердил Винни и принялся сворачивать