его слову и ушли на кухню. Стараясь не шуметь, они даже не разговаривали, каждый погрузился в свои невеселые мысли.
А Стаурус лежал на диване, разглядывая, скорее нет, тупо пялясь в белый потолок и из уголков его глаз потекла скупая слезинка, которая тут же впиталась в подушку, которую только три дня назад он купил для себя в супермаркете. Вот и пригодилась.
* * *
Игорь сидел в кресле и не отрываясь смотрел на спящую на диване девушку. Во сне она хмурила свой лоб и тихо стонала. Вот уже полчаса как Женька перенес их к Игорю домой и вот уже полчаса он, не отрываясь, смотрел на спящую девушку и не верил своему…, но счастье ли это для него. Нет, это скорее праздник на голых костях. Он чувствовал, как было плохо сейчас Стаурусу, и даже не старался заблокировать эти чувства, он наоборот тянулся к ним и только поэтому все еще мог соображать, хотя боль в груди разрывала его сердце.
Он вспомнил все, что случилось в этой многоэтажке. Да, они были не готовы к такому повороту событий. Слишком привыкли быть всесильными и просто просчитались. Он ясно читал мысли Рената убить их всех до одного, но противный и настойчивый голос Горца, который просил его подождать и дать Ирэн время разбудить силу, не давал ему хоть что-то предпринять, да и что он мог в той ситуации предпринять, кроме как закрыть своим телом Ирэн.
Потом в его голове был голос Стауруса, который сказал, что уже здесь и наблюдает за ними. Он думал, что Ренат отпустит хотя бы девушек, оставив себе Ирэн и Игоря. Тогда бы он смог спокойно действовать, но Ренат не собирался этого делать. Игорь был готов тогда умереть и не боялся смерти, может быть если бы так все и случилось, то сейчас на его душе не было бы так паршиво и отвратительно, и противное чувство справедливости сейчас бы не рвалось из него наружу.
Игорь медленно поднялся и пересел на диван рядом с девушкой. Он поправил выбившуюся прядь ее волос, погладил по щеке, и не смог не наклониться к ее покусанным губам. Но, как только, он легко коснулся их, она выдохнула прямо в его губы одно слово, которое не просто остановило Игоря, оно заставило его понять всю абсурдность сложившейся ситуации.
Он дотронулся до плеча Ирэн и осторожно погладил, пытаясь разбудить. Она зашевелилась, но глаз так и не открыла. Игорь посмотрел на часы. Женька сказал, что у него есть только час, чтобы решить, что ему делать, но, кажется, Ирэн уже все за него решила. Да, она не помнила Стауруса, когда открывала глаза и смотрела на мир, но когда закрывала и погружалась в сон, она думала и любила только его, поэтому, когда он поцеловал ее, она произнесла имя его друга. Игорь печально вздохнул и улыбнулся.
— Ирэн, девочка моя, проснись, — он еще раз тронул ее за плечо. Она зашевелилась и открыла свои глаза.
— Игорь, — сколько нежности и тепла было в ее голосе, но теперь это уже не обманет его, все это тепло принадлежит не ему.
— Ирэн, нам надо поговорить. Я должен сказать тебе…
Девушка осторожно поднялась и села на диване, поджав под себя ноги.
— Что-то тревожит тебя? Откуда такая боль!
— Послушай меня, я хочу рассказать тебе о том, чего ты не помнишь, о том, кого ты забыла.
Игорь посмотрел на часы. От отпущенного ему часа осталось ровно двадцать минут, что ж самое главное он успеет рассказать, а дальше…
Ирэн так и сидела на диване, только теперь ее лоб был нахмурен и она все время о чем-то усилено думала.
— Спасибо, что рассказал мне все, — тихо выдохнула она.
— Не знаю, правильно ли я сделал. Не думай, что я весь такой хороший, я просто испугался, что когда-нибудь, вдруг ты вспомнишь все и тогда возненавидишь меня за эту ложь. А это еще хуже, чем просто твое дружеское участие. Прости, — Игорь грустно ей улыбнулся.
Ирэн медленно поднялась с дивана, и Игорь встал ей на встречу. Она подошла к нему и положила свои маленькие и горячие ладони ему на грудь, не отрывая своего взгляда от его взволнованных золотистых глаз.
— Сколько боли, — прошептала она, и ее ладони засветились, и приятное тепло стало заполнять его душу.
Даже когда она опустила руки, Игорь чувствовал тепло, которое разливалось по всему его телу.
— Скоро эта боль пройдет и в твоем сердце снова появиться место для любви и счастья. — Ирэн улыбалась ему, и Игорь почувствовал, что действительно боль стала притупляться, и он смог вздохнуть полной грудью. — Когда откроется дверь, впусти новые чувства в свое сердце, — Ирэн положила свои ладошки ему на плечи и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала в лоб.
Он не успел моргнуть, как остался один. Игорь сел в кресло и закинув голову, засмеялся. Да, он тосковал о ней, его сердце и душа все еще ныли от воспоминаний, но это больше напоминало тоску о первой любви, о школьной первой любви, которая приятным теплом расплывается
