а когда открыл свои глаза, то в полуметре над ладонями детей сияло Сердце Терриаса, переливаясь разными цветами. Вот тогда Стаурус быстро покинул свои покои, воспользовавшись для этого окном, и быстро побежал в сад. Он ждал чего-то подобного, но все равно не был к этому готов и сейчас находился в шоке, возможно потому и не воспользовался телепортацией и несся через весь сад на своих двоих, наблюдая за детьми. Он видел, как они устало опустили руки, а Сердце так и продолжало висеть в воздухе, а потом медленно опустилось на землю. Оно стало единым.
Стаурусу вспоминал, что пока бежал, его посетила одна мысль о том, что кристаллы надо было отдать детям сразу после их рождения и не ждать пока они станут взрослыми. Ведь все это время кристаллы звали их и они неосознанно пробирались тайком в комнату матери.
Через два дня пришло сообщение, что на землях отверженных, на месте развалин, появился огромный черный замок, стены которого блестели на солнце и по ним пробегали разноцветные молнии. Всем стало ясно, что Императоры, наконец-то, вернулись!
Стаурус перевез детей в замок через несколько дней, и с ними туда же отправился Руфус. Отшельник стал им наставником и помощником. Постепенно они стали перебирать власть во всем Терриасе в свои маленькие и цепкие ручки. И никто этому не противился и не возражал. Сила вокруг Терриаса и магия, так и бурлили, наделяя жителей новыми способностями и возможностями.
Стаурус налил себе полный бокал коньяка и выпил его залпом. Потом поставил локти на стол и положил на сцепленные руки свою голову, продолжая разглядывать пустой бокал и вспоминать свою жизнь дальше.
Он не рассказывал о себе, не вспоминал, как ему было плохо после ухода Ирэн, не вспоминал последние дни, проведенные возле ее постели, зная, какую боль это может причинить Игорю. Он вспоминал своих детей, друзей, и улыбка не сходила с его полных розовых губ.
Он так хорошо помнил, как однажды в его ванную комнату, валились три молодых Императора, которым исполнилось тогда двадцать лет, и один из его сыновей прижимал в своей груди молодую красивую девушку. Стаурус от неожиданности почти выскочил из ванны, как был в пене и голый. Девушка взвизгнула и спрятала свое покрасневшее лицо у Руфуса на груди.
— Отец, это не прилично, появляться в обществе дамы голышом, — еле сдерживая смех, нравоучительно произнес Нириан.
— А врываться в ванную без стука и спроса, значит можно, — Стаурус, улыбаясь, уже заматывался в полотенце, которое протянул ему Полок, еле сдерживая свой смех.
— Чем обязан такому неожиданному визиту, — Стаурус смотрел на своих оболтусов и в его груди расплывалось тепло. Его сыновья выросли. Они еще не стали мужчинами, но и мальчиками уже никто их не мог назвать. Время для них бежало совсем по-другому. Они уже не были детьми, как их сверстники на Терриасе, но и не стали взрослыми, как сверстники мира Зета. Они были близнецами, но отличались друг от друга. У всех троих был разный цвет глаз и волос. Но все они были высокими и стройными. И каждый из них напоминал Стаурусу Ирэн.
И сейчас он смотрел на встревоженное и взволнованное лицо Руфуса, а два других… Императора, откровенно ржали над ним, стараясь спрятаться за широкой спиной своего отца.
— Ну, что случилось и кто это милая леди? — спросил он у сыновей.
— Отец, — серьезно начал Руфус. — Это, правда, что мы не можем жить со своими истинными, пока не истечет тысяча лет.
От неожиданности такого вопроса, Стаурус опустился на край ванны. Он посмотрел на каждого из своих сыновей, и его сердце сжалось от боли. Он, как никто другой знал, что такое жить без истинной.
— Я так не думаю, — осторожно начал Стаурус. — Возможно, раньше это было негласное правило Императоров. Но сейчас такая мера не актуальна. Хотя, кто лучше вас может в этом разобраться. Вы можете рассказать, как теперь будет меняться власть?
— Все просто, отец, — Нириан вышел вперед и встал перед Стаурусом. — Терриасом всегда будет править Сердце, а каждый из наших сыновей станет следующим Императором. Больше никогда на Терриасе не появится тройка близнецов. И чтобы не было раздела власти, мы можем иметь только одного ребенка, и это обязательно будет сын, будущий Император.
— Почему? — от такой информации Стаурус опешил.
— Не знаю. Так мама решила и теперь смена власти будет наследственная.
— Тогда в чем проблема, не понимаю?
— Пап, он хочет жить со своей истинной в замке, — возмутился Полок.
— И что?
— Так нам же завидно! — и Нириан с Полоком заржали в голос, складываясь пополам.
Стаурус смотрел на хохочущих детей, которые бегали вокруг него, стараясь, столкнул друг друга в ванну с водой. Девушка, стояла, замерев возле двери, и перепуганными
