Бессмысленная и жестокая война в космосе заканчивается, однако необъяснимо упорство, с которым штрафбат Демократических Штатов атакует планету Казачок, входящую в Конфедерацию Свободных Миров. Штрафник Сергей Киреев выясняет, что здесь обнаружены могущественные артефакты нечеловеческой расы, способные нарушить баланс сил во Вселенной. Война закончилась, но тайная борьба секретных служб продолжается, и Кирееву предстоит сыграть в ней немаловажную роль.
Авторы: Бахрошин Николай Александрович
кармана. Вездесущие слухи также утверждают, бригадное руководство посоветовало майору для достоверности упомянутое мужество продемонстрировать, чем озадачило его до крайности. Настолько, что он решился лично возглавить высадку, а не перепоручить это доблестное занятие Рагерборду…
Я скомандовал, и взвод двинулся.
Выдвижение подразделения для разведки боем — прием, в общем, обычный. Совсем недавно я отрабатывал его со своим взводом на тренировочном полигоне в расположении батальона на Сахаре.
— Первая пятерка пошла — остальные на месте! Вторая пятерка пошла… Третья — на сто метров на опережение! — командовал я.
Не торопились, конечно. Лезть из огня да в полымя (в прямом смысле слова!) никому не хотелось. Мне — совсем не хотелось. Может, предчувствие?
На предчувствия в такой ситуации лучше наплевать сразу, это я давно знаю. Не та обстановка, чтобы гадать на судьбу. Тут годится только полный пофигизм — будь что будет, а приказ есть приказ. Вот если бы дурак Градник не посеял все три «эсэски» разом, парили бы они сейчас над нами и не пришлось бы лезть наугад. Хуже всего — когда наугад, а где-то рядом противник…
Впрочем, если бы да кабы, да во рту — грибы…
«Поголовная стрижка бродячих псов — тоже способ поймать блоху. Просто не самый легкий», — так утверждают опытные ветеринары…
Мы двигались. Выдвигались. Горящая зона заканчивалась, сплошная стена огня и дыма начала мельчать и дробиться на отдельные огненные озера и черные тучи, а за темным маревом появились просветы голубого неба. Здесь я придержал взвод и пошел вперед вместе с первой пятеркой.
Приказ — приказом, пусть Диц орет что угодно про «обнаружить и немедленно уничтожить», но прыгать в атаку, как мышь в кастрюлю с кипящим супом, я абсолютно не собирался…
Ну, конечно же! Как я и предполагал! Когда левая рука не ведает, что делает правая, даже занятия бытовым онанизмом приобретают острую интригу политической борьбы. Мое собственное житейское наблюдение, проверенное и подтвержденное.
Как только мы начали выходить из зоны огня, я увидел тяжелый МП-танк казаков, разворачивающийся для стрельбы метрах в трехстах впереди. Неспешно так разворачивающийся, в полном осознании своей бронированной защищенности и огневой мощи, как показалось мне.
«Что-то он совсем не торопясь разворачивается, нарочито не торопясь…»
— «Ромашка-1», «Ромашка-1», я — «Клумба-2»! — вдруг услышал я скороговорку зам-комбата Рагерборда. — Вижу танки! В направлении 18–20 — вижу танки!
«Ага, спасибо, что предупредили, господин капитан!» — успел я подумать. Я их тоже вижу! Век бы их, сволочей, не видеть…
Отчетливо так подумал и, наверное, очень быстро.
Раскоряченная серо-пятнистая туша танка качнулась на грави-подушке и ослепляюще взорвалась хирургическим блеском ракетного залпа. Мне показалось, сама земля вздыбилась под ногами, и я разом потерял ощущение пространства и времени, смешавшихся в нечто темное и неопределенно-тягучее…
В себя я пришел через мгновения и понял, что меня опрокинуло и присыпало землей. Крепко присыпало, но броня вроде бы не пострадала, и медицинские датчики молчат.
Пронесло! Просто ударная волна, маленькая такая, небольшая волнушечка…
«Это ничего, это мы выберемся, это мы сейчас, это мигом…» — бормотал я, закопошившись, наподобие жука-навозника, что пытается выбраться из обваливающейся песчаной ямки.
Вот контузия — наверняка есть! В ушах точно что-то чирикает…
— Командир, командир, я — «Ромашка-2», как слышишь? Как слышишь меня, прием?! Командир, я — «Ромашка-2», как слышишь меня?..
А! Это меня Кривой вызывает… Вызывает, вызывает, а я все не слышу…
Планета Казачок. 6 ноября 2189 г.
Окрестности 4-го укрепрайона.
МП-танк № 27 «Верный» 2-й роты 3-го отдельного
казачьего батальона 6-й бронетанковой бригады.
05 часов 16 минут.
Когда из-за огня и дыма начали появляться темные, закопченные фигурки вражеской бронепехоты, горбато-непропорциональные в этой своей броне нового образца, командир роты сотник Евгений Осин удовлетворенно хмыкнул.
Все, как он и предполагал… Потому что он — умный! Его, Женьку Осина, на мякине не проведешь и на хромой козе вокруг пальца не объегоришь! Он так и знал, что штатовцы попробуют проскочить за огнем и дымом, поэтому и расположил все пять танков роты на вершине холма. Наперекор всем правилам тактики, неукоснительно диктующим останавливать машины для длительной залповой стрельбы «используя естественные природные укрытия и углубления, максимально пригодные в данной местности для скрытного размещения
