Суеверный

меня, вытащив из Нью-Йорка, а потом пристроила в колледж, еще не следует, что ты за меня отвечаешь!
– Ладно, ладно! – резкий тон Сары заставил Мэри Бет немного пойти на попятный. – Ты и раньше никогда меня не слушала. Ну что ж, не слушай и теперь. В конце концов, что я понимаю!
Просто сижу и даю советы, словно знаю истину в последней инстанций! А сама развлекаюсь с восемнадцатилетним парнишкой!
И добавила:
– И получаю кучу удовольствия!
Более сердечный смех.
– Я обратила внимание, что ты не привела с собой Эрика на вечеринку к Мильтону, – поддразнила ее Сара.
– Ну, мне пришлось перепеленать его и уложить спать.
– Знаешь, шесть лет разницы все-таки очень много.
– Если иметь в виду Эрика и меня, то да. Знаешь, он все еще считает, что Бивис и Батхэд – это клево!
Сара хихикнула.
– Мэри Бет, ты никогда не думала о том, чтобы сыграть роль в комедии?
Подруга изобразила притворную ярость.
– Ты и в самом деле думаешь, что моя жизнь – это комедия?
Сара бросила взгляд на часы, стоявшие на ночном столике.
– Ну да! А моя жизнь – это комедия положений. Комедия о работающей девушке, которая снова пошла учиться. Пожалуй, нам с тобой пора заканчивать. У меня завтра занятия, а к ним нужно еще подготовиться. Я должна выбрать тему для курсовой работы, которую буду писать в этом семестре.
– О чем же ты собираешься писать? Может, напишешь «Психологию отбора профессоров фольклора»?
– Мэри Бет, тебе что, больше нечего сказать? Ты не можешь далее на минуту забыть о Лайаме! Я могу подумать, что ты и в самом деле ревнуешь!
– Да, я прямо позеленела от зависти! Так все же, о чем же ты будешь писать? О фрейдизме?
Сара колебалась.
– Я подумала… Может быть, я напишу что-нибудь о горе…
– Прости, не поняла?
– Ну, я давно об этом думала. После того как в позапрошлом году умер мой отец… Я пережила тяжелое время… Я хочу сказать, что меня удивила моя собственная реакция. Мы ведь знали, что он умрет. И мне казалось, что я подготовлена… А потом БАЦ! На меня словно тонна кирпича свалилась. Я была совершенно выбита из колеи. Его смерть очень сильно на меня подействовала, – Сара вздохнула.
– Извини, – пробормотала Мэри Бет. – Я послала тебе письмо, когда узнала о твоем несчастье… Потом от тебя долго не было вестей… Я думала…
– Мама настаивала, чтобы мы с ней сходили к психиатру, который знает, как справиться с постигшим нас горем, – продолжала Сара. – Тогда эта идея показалась мне совершенно дурацкой. Я пошла только ради матери. Но женщина-психиатр оказалась по-настоящему толковой. Она говорила с нами о пяти стадиях горя, через которые проходят люди. Обрисовала картину в целом – неверие, гнев, чувство вины и так далее. Все это соответствовало действительности. Психиатр изложила это очень ясно и понятно.
– Поэтому, когда я узнала, что мне придется писать работу для доктора Нудинга, я вспомнила о женщине, которая помогает людям пережить горе. Я подумала, не написать ли мне о различных стадиях горя.
– Сара, ты не боишься, что это может всколыхнуть тяжелые воспоминания? Воспоминания о том, что ты пережила?
– Ну нет, не думаю… Ха, да ты опять обо мне беспокоишься! В чем дело, Мэри Бет? У тебя развивается материнский комплекс? Ты всегда была…
Сара услышал в трубке гудки.
– Ой, подожди-ка! Кажется, у меня еще один звонок на очереди! Кто-то еще звонит!
«Может, это Лайам!» – подумала она и сердце ее неожиданно застучало.
– У тебя звонок на очереди?
– Ну да! Это такая бесплатная услуга. Телефонная компания предоставила ее для пробы, когда мне ставили телефон. Так что попрощаемся. Я тебе завтра позвоню, ладно?
И снова характерные гудки.
– Ладно. До свидания!
Сара нажала кнопку. Ей не терпелось узнать, кто еще ей звонит.
– Алло?
В трубке раздался хриплый голос. Он был чуть громче шепота.
– Это Сара?
– Да, да!
– Ты хочешь жить, Сара? Да? Тогда держись подальше от Лайама!

Гаррета замутило. Он изо всех сил старался удержать в себе свой ужин.
Тяжело дыша, он закрыл глаза.
Еще одно убийство и опять на редкость отвратительное.
Я должен посмотреть. У меня нет другого выхода. Это моя работа.
Открой глаза, Гаррет! Делай свое дело!
– Гаррет, я могу тебе чем-нибудь помочь? – раздался озабоченный голос Вальтера откуда-то сзади.
У Гаррета дрожали колени. Он тяжело сглотнул, ощущая во рту неприятный кислый привкус. У него сдавило горло.
Ну как ты собираешься мне помочь, ты, жирный