Суеверный

Не могу поверить, что он такой подонок. Знает, что мы с Лайамом женаты. Тогда зачем явился сюда?
Лайам вскоре вернулся. Руки его были засунуты в карманы пальто, лицо мрачное.
– Маленькая жизненная драма, – пробормотал он, глядя на Сару. – Не совсем по Шекспиру.
Сара покачала головой.
– Я очень прошу меня извинить.
Выражение лица Лайама смягчилось.
– Ты не виновата. Так это и есть Чип? Он и в самом деле так очарователен, как ты мне его описывала!
Сара тяжело вздохнула.
– Извини.
Лайам усмехнулся.
– Я с нетерпением жду встречи с остальными твоими друзьями!
– Отстань от Сары, а? – вступила в разговор Маргарет.
Она поежилась и поглубже завернулась в свое пальто.
– Это было по-настоящему страшно, – женщина неодобрительно нахмурилась в сторону Лайама. – Тоже мне, мистер Герой!
Лайам пожал плечами.
– Иногда в крови накапливается слишком много адреналина…
– Я очень прошу меня извинить, – повторила Сара и взяла его за руку. – Не знаю, как Чип нас нашел. Не понимаю, как он мог узнать, что мы сегодня будем здесь!
Лайам похлопал ее по руке.
– Не волнуйся! Чип был слишком пьян и не в силах как следует драться, – он улыбнулся ей. – Мне кажется, что сейчас я бы и сам был не прочь выпить!
Они пошли по направлению к Йель-авеню. У Сары дрожали ноги. Она все еще видела жемчужную слюну в уголках рта Чипа.
Неожиданно Сара остановилась и подняла глаза на Лайама.
– О чем это говорил Чип? Почему все-таки тебе пришлось покинуть Чикаго?
Он улыбнулся.
– Чтобы встретиться с тобой, разумеется!
Маргарет поднялась в свою квартиру на втором этаже. Сара устроилась на диване в гостиной. Лайам налил две рюмки портвейна и, протянув одну рюмку жене, опустился на диван рядом с ней, обнял ее свободной рукой за плечи.
– О, моя дорогая! Да ты замерзла! Выпей! Это тебя согреет!
Она отпила глоток. Темно-красная жидкость приятно обожгла заднюю часть горла. Сара сделала еще глоток и прислонилась головой к плечу Лайама.
Он стал рассказывать ей о самой первой пьесе Шекспира, которую видел в своей жизни. Это был «Генрих Пятый», поставленный в маленьком студенческом театре. Ему тогда было шестнадцать лет. Лайам рассказал о том удивлении, которое он испытал, впервые услышав такой язык. Он испытал огорчение от непонимания части текста. Ему очень захотелось узнать и понять все, каждую строчку, каждое слово. Все до конца.
Сара слушала вполуха, кивая и улыбаясь. Портвейн согревал ее изнутри. Чип не выходил у нее из головы. Она не могла преодолеть смущение и любопытство.
Неужели Чип и в самом деле знает что-то о Лайаме? Или он просто ведет себя как маленький ябеда?
Лайам наклонил голову, чтобы поцеловать ее. Но она прижала два пальца к его губам.
– И все же, почему ты покинул Чикаго? – ей пришлось снова задать ему этот вопрос. – Это была просто какая-то глупость со стороны Чипа, или…
Он ласково убрал пальцы. Улыбнулся.
– Я же уже говорил, тебе…
– Нет. Давай, Лайам, расскажи мне. Я многого о тебе не знаю. Так почему ты покинул Чикаго? – она шутя стукнула его и, поддразнивая, улыбнулась ему. – Может, из-за какой-нибудь пикантной истории?
Казалось, его глаза потухли. Рот искривился. Лайам отвел глаза в сторону.
– Мне бы не хотелось беспокоить тебя моим несчастным прошлым.
Сара тотчас же пожалела, что дразнила его.
– Несчастным прошлым?
Лайам колебался. Он задумчиво посмотрел на нее, словно пытаясь представить реакцию жены, если он расскажет ей свою историю.
– Лайам, если мы не можем доверять друг другу… – Сара замолчала.
Лайам вздохнул.
– Мне действительно пришлось уехать из Чикаго. Я не знаю, что именно разузнал твой друг, если он вообще что-нибудь знает. Не знаю, почему он вдруг решил наводить справки обо мне.
– Извини меня за Чипа, Лайам! Я…
– Была одна женщина, которую звали Анжела. Я уехал из-за нее, – он выпалил эти слова на одном дыхании.
Лайам, не отрываясь, смотрел на Сару, ожидая ее реакции.
Сара не поняла, почему муж так встревожен. Разве он не знает, что я люблю его? Да какое мне дело до женщины в Чикаго?
– Лайам…
– Нет, дай мне закончить. Анжела была моей ассистенткой. Фактически, она была машинисткой. Она набирала на компьютере рукописи двух моих последних книг. Как в таких случаях говорят, одно цепляется за другое. Анжела была старше тебя, примерно моих лет. Мы с ней состояли в любовной связи. Как это грубо звучит! И как банально! Кажется, это длилось около двух лет. И плохо кончилось.
Сара ласково