Сумеречная зона

выруливая катер и чувствовал, что вот-вот в спину мне ударит очередь.

— Сворачивай. Сейчас будет бить снайпер! — «заорал» кот.

Я мельком бросил взгляд влево, потом — вправо. Река была пуста и деваться казалось некуда. Вот только справа возвышались над водой быки — остатки моста Лейтенанта Шмидта. Я резко крутанул руль заворачивая за ближайший пилон, чтобы спрятаться от стрелка.

Скорость катера была такой большой, что я едва не вылетел из-за укрытия. Потом прижался к пилону, пытаясь найти хоть какой-то выступ, чтобы зацепиться за него канатом. Но ничего подобного не было. А лодку сносило из-за укрытия. Снова надавив на «газ» я подал ее чуть вперед. Потом замер, пытаясь высмотреть хоть какой-нибудь выступ на пилоне.

В какой-то момент, я почувствовал, что задыхаюсь и несколькими быстрыми движениями сбросил повязки с головы. Дышать и двигаться стало легче и почти сразу я заметил каменный выступ метрах в трех над водой. Оглядевшись, я увидел багор, висящий на специальных креплениях, схватил его, зацепился за выступ, упершись ногами в дно катера, стараясь удержать суденышко на месте. Какое-то время я боролся, но потом понял бессмысленность этой попытки. Силы были слишком неравными.

— Попробуй перебраться к следующему пилону!

Вот чего я люблю, так это добрый совет под руку. Однако Рыжик вновь был прав.

Бросив багор я вернулся к рулю. Дал газ и катер, взвыв развернувшись на девяносто градусов помчался к следующему пилону.

— Осторожнее на повороте!

— Послушай, советник. Если хочешь, я уступлю тебе место у руля.

Кот не ответил. А у меня на дальнейшую перепалку не было ни времени, ни сил.

Катер выписав удивительную фигуру заскочил за следующий пилон. Тут сохранился и причал и башенка управления разводной частью моста. Только вот разводить давным-давно было нечего.

Лишь накинув канат на швартовый кнехт, я обессиливший упал на сидение. Руки и ноги в один миг стали словно ватные, и я почувствовал насколько устал на последние часы. И… когда я последний раз спал, сутки назад? Нет больше… Я уже готов был провалиться в спасительный сон, вырубиться, так сказать, чтобы хоть на пару часов дать отдых измученным нервам. Вот только у Рыжика был иной взгляд на то, чем мне нужно и чем не нужно заниматься.

— Ты кажется спать собрался? — взбодрил он меня. — Не стоит, не время.

— ?..

— Для начала тебе стоит освободить своих товарищей. Потом, необходимо решить, что делать с Зайрой, и как отсюда выбраться. Учти, караванщики ждать не станут, вытащат свои лодки и все… То, что ты один раз взял их неожиданностью тебе не поможет. Кроме того, помни об их кольцах. С их силой даже я совладать не смогу.

Я только кивнул. Конечно, это обидно подчиняться распоряжениям какого-то там кошака… А с другой стороны, куда деваться? Все что говорил Рыжик было разумно, так что мне ничего не оставалось как последовать его советам.

В первую очередь я занялся Питером. Ключей у меня не было, единственный плюс в том, что наручники караванщиков имели примитивные замки. Куда им до наручников наших вояк, но и те-то я снимал на пару секунд, а тут… Как только руки Питера оказались на свободе, он буквально разорвал металлический ошейник. Никогда не видел ни одного человека, который смог бы разорвать стальной обруч шириной сантиметров в пять и толщиной в пару миллиметров. И не сказал бы я, что разорвать ошейник стоило Питеру больших усилий. Поняв, что с ножными кандалами мутант справится сам, я отправился к носовому трюму.

Присев, и осторожно приоткрыв люк, я опустился на колено и вгляделся в черный прямоугольник трюма.

— Все живы?

— Это ты… Угрюмый?

— Я, Тимур, я. Давай сюда, попробую тебя освободить.

Тимур медленно поднялся и покачиваясь подошел к люку. Мне пришлось спрыгнуть внутрь, хоть там итак было очень тесно.

— Как вы тут?

— Если не считать того, что нас использовали вместо боксерских груш…

Со щелчком наручники соскользнули с его запястий.

— Давай наверх и помоги Питеру. Да, там, в каюте, лежит один из караванщиков. Обыщи его. У него должно быть какое-то оружие, оно нам пригодиться.

Тимур