В результате взрыва большого адронного коллайдера в Европе на территории СПб погибло девяносто процентов населения, а часть мутировала.
Авторы: Александр Лидин
— Вот и не пытай, а допроси с пристрастием.
— Но ведь ты сможешь узнать ответ, когда я задам вопрос?
— Обычно именно так и происходит.
— Вот и чудно. Я задаю вопросы, ты читаешь ответы и сообщаешь их мне.
— Зачем?
— Чтобы не причинять вреда этой красавице…
Кот задумался.
— Не тем местом ты мыслишь, Угрюмый, не тем. Вот окажись она на твоем месте, она в первую очередь твой мыслительный орган отрезала, и тогда у твоих дальнейших действий была бы иная первопричина.
— Послушай, ты — комок рыжего меха… — задохнулся я и замолчал, не находя слов от возмущения. На мгновение перед моим внутренним взором возникла картина, распятого Рыжика. Нет, лучше постелить его выделанную шкуру на полу, чтобы ноги не мерзли…
— Да? Внимательно слушаю ты что-то хотел сказать? — как ни в чем не бывало поинтересовался Рыжик. — Впрочем, можешь начинать. Я принимаю твои условия игры.
Но я не спешил. Минут пять я посидел, приходя в себя. Чего-чего этому коту с легкостью удается, так это вывести меня из себя. Однако время шло. Скоро уже полночь наступит, а там пара часов и выступать будет пора, если я, конечно, хочу застать врагов врасплох. А я еще понятия не имел, с чем дело имею. Наконец, успокоившись, я отставил автоматы подальше, на всякий случай, сел на корточки возле пленницы и достал охотничий нож. Нож этот был не таким крутым, как у Дикого, но я не хотел пугать свою пленницу до потери чувств.
Подсев к ней, я поиграл ножом, а потом поинтересовался:
— Ты на русском говоришь?
— Говорит, говорит… И хватит дурацкие вопросы задавать у нас не так много времени.
Тогда я осторожно провел ножом себе по внешней стороне ладони, сразу за костяшками. Нож едва касался моей кожи, но кровь выступила сразу. Этакая дешевая демонстрация, тут и говорить ничего не надо. После этого я кровь свою слизнул, и той же окровавленной рукой взял девушку за подбородок, развернул ее к себе личиком. Она попыталась извернуться, цапнуть меня зубами, только ничего у нее из этого не вышло.
— Прямо как дикая кошка, — задумчиво начал я. — Ну, да ничего. Ты бы лучше не молчала, а стала отвечать на мои вопросы, — и я осторожно пришел плоскость лезвия ножа к ее щеке, так чтобы с одной стороны кожу не порезать, а с другой, чтобы эта красавица почувствовала холод металла и мою липкую кровь. Она замерла. В глубине ее темных глаз полыхнули огоньки страха. Или мне это только показалось? — Продолжаем разговор. Первый вопрос: как тебя зовут?
Девушка упрямо молчала, крепко сжав губы.
— Зайра, — подсказал мне Рыжик.
— Вот и хорошо Зайра, — продолжал я все тем же вкрадчивым тоном. — А теперь ты должна рассказать мне кто вы такие, откуда взялись, и где мои товарищи? И советую не врать. Если соврешь, я об этом сразу узнаю.
— Так, Угрюмый, не пойдет. Притормози, спокойней. Задавай по одному вопросу за раз, у нее итак в голове сумбур, сам черт ногу сломит.
— Хорошо, — я покосился на кота, но тот сидел отвернувшись от нас и вылизывался. Обыкновенный домашний барсик, только «слегка» разросшийся. И, казалось, дела ему нет до нашего разговора. Хитрец, однако. Я вновь переключил все свое внимание на пленницу, — Итак повторяю: кто вы такие?
— Шпионки. Диверсионный отряд работающий лично на Карла XVIII .
— Шведы, а они-то тут при чем? К тому же она из «зверьков».
Зайра с недоумением уставилась на меня.
— Они работают непосредственно на королевскую семью. Как ты знаешь после Черной революции, когда Швеция была провозглашена Черным королевством, и белое меньшинство вынуждено было сдать свои позиции, королевская семья сбежала в Эстонию, и судя по всему они до сих пор не смирились с потерей трона.
