Сумерки с опасным графом

кожа порозовела. «Какой стыд!» — сказала она себе, но не отодвинулась от графа, а вслух произнесла:
— Нет.
— Да. Тебе понравится, я обещаю. — Он прикоснулся губами к ее шее, и плоть, скрытая у нее между ног, сжалась. — Положи руки себе на груди. — Когда она не послушалась, он сам схватил ее за руки и положил их ей на груди. — Возьми их. Ощути их вес. — Он накрыл ее руки своими. Большие пальцы ласкали ее соски, и она переступила с ноги на ногу. Его глаза горели голубым пламенем в свете свечей. Она ощущала жар его тела.
— Они тебе нравятся?
— Да, Эмили. — Не выпуская ее из своих объятий, он провел ее руками у нее по груди и вниз, к животу. — Ты когда-нибудь трогала свой живот?
— Конечно.
Наверное, он подсматривал, как она прикасалась к себе, любуясь своим отражением.
— А ниже? Ты когда-нибудь позволяла себе потрогать там? — Фрост сдвинул ее руку ниже.
Его руки лежали на ее руках, и она не могла высвободиться. Она провела рукой по курчавому гнездышку; волосы были жесткими на ощупь, а в середине она была уже мокрой. Он наклонил голову и прижал ее пальцы к щели у мягких женских складок между ног.
— Откуда эта влага?
— Твое тело готовится, — прошептал он ей на ухо.
Он показал ей, как гладить и ласкать себя, и она была поражена тем, насколько это приятно. Эмили сжала бедра, пытаясь не поддаваться ощущению, от которого ее лихорадило.
— К чему готовится мое тело?
— Ко мне, — беззастенчиво ответил Фрост.
Она высвободила одну руку, протянула за спину и схватилась за твердую плоть, выпирающую из его брюк.
— Что это? — спросила она.
— Мой член, — хрипло ответил он, теряя свой задорный тон. Ее рука и ягодицы терлись о него, и Фрост, застонав от желания, резко прижал ее к себе. — Боже, Эмили, я так хочу тебя! Я приказывал себе держаться от тебя подальше. Я не тот человек, который тебе нужен. Это безумие!
Эмили повернулась к нему лицом, не разрывая его объятий.
— Тебе будет легче, если я потрогаю тебя?
Если она сможет облегчить его страдания прикосновением или поцелуем, то вполне готова оказать ему такую милость — ведь он уже доставил ей столько удовольствия! Ее груди напряглись в ожидании. Она потянулась к его галстуку, и Фрост закрыл глаза, а когда он снова открыл их, она увидела в них какую-то непонятную ей решимость.
— Я держусь из последних сил, Эмили. Поверь мне.
Эмили не была ни в чем уверена, но ей с ним было интересно — как и ему с ней.
— Давай развяжу, — пробормотала она, сосредоточившись на запутанном узле.
Несколько минут спустя она стянула с него галстук и бросила на пол. Фрост наградил ее жадным, крепким поцелуем в губы. Не говоря ни слова, он начал раздеваться. Снял с себя сюртук, а она помогла расстегнуть жилет. И то и другое полетело на пол, за ними последовала рубашка, которую он стянул через голову, открывая мускулистую грудь. Как котенок, Эмили потерлась лицом о его заросшую темными волосами грудь, и он застонал. Она поцеловала его в грудь и почувствовала соленый вкус его кожи.
— Ты губишь меня, любовь моя, — сказал он, касаясь обеими ладонями ее лица, и медленно поцеловал.
Когда Фрост прикасался к ней, Эмили переставала стыдиться своей наготы. Он обхватил ее бедра и крепко прижал ее к себе.
— Вели мне остановиться, Эмили.
У Фроста дрожали руки, и ей казалось, что он в ее власти. Она покачала головой. Ее пальцы потянулись к пуговицам на брюках.
— Нет уж, позволь мне самому.
Не отводя взгляда от ее лица, он сбросил туфли и отодвинул их в сторону. Потом расстегнул брюки. Эмили опустила глаза на открывшееся мужское естество. Взбудораженная плоть тянулась к ней. Он наклонился, стягивая брюки с длинных волосатых ног. Затем снял носки и предстал перед ней полностью обнаженным.
— Какой ты красивый! — прошептала она, любуясь им, как статуей в Британском музее. «Он кажется твердым, как мрамор», — подумала она, переводя взгляд обратно к манящей плоти, что торчала у него между ног.
— Можно мне потрогать?
— Пожалуйста. — Фрост стиснул зубы, взял ее руку и показал, как браться за пышущую огнем плоть. — Сожми. — Когда он застонал, она отскочила.
— Я сделала тебе больно?
Фрост покачал головой.
— Нет, сделай так еще раз, — попросил он, подводя ее к кровати.
Он улегся, и она устроилась рядом. Ее пальцы сомкнулись вокруг его мощного стержня, и она снова сжала его. Граф застонал, и от этого звука у нее заныли соски. И вдруг она с удивлением увидела у него в паху еще какую-то свисающую плоть.
— А это что такое?
Не успела она сжать и там, как Фрост перехватил ее руку и нервно усмехнулся:
— Там очень чувствительное место. Будь поосторожней.