Сама судьба препятствовала этой поездке. Слишком долгие сборы повлекли за собой опоздание Ирины и Натальи на званое мероприятие к приятельнице Светлане. Повод – то ли горе, то ли радость от развода с мужем – конкретному определению не поддавался. Зато ясна причина, от которой скончался неожиданный гость приятельницы: опередив всех, хлебнул с праздничного стола отравленного вина.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
платочек и приложила к глазам, из которых лились покаянные слезы. Волна разочарования и злости накрыла Раису Афанасьевну вместе с больной головой. Не думая о сопалатницах, она заорала: «Кто пустил сюда эту сумасшедшую?! Кто она такая?!» Соседки по койкам всполошились. Георгиновне это напомнило большой курятник, который она видела в детстве в деревне. Кричали все, но каждая о своем. Кто-то жаловался на то, что не дают спать, кому-то мешали читать. А лично Раисе всякие праздношатающиеся сумасшедшие бабы мешают выздоравливать.
Влетевшая в палату дежурная медсестра мигом оборвала гвалт и поинтересовалась у Георгиновны, каким образом она сюда попала. А главное – к кому. Тщетно Георгиновна, отбиваясь от медсестры, умоляла Раису ее простить. Та не желала слушать никаких извинений от совершенно незнакомой чокнутой старухи, сбежавшей из психушки. И тогда Евгения Георгиевна, вспомнив мои предсказания о возможном поведении Раисы, осознала, что она скорее всего немножко неправильно истолковала знамение Господне.
Медсестра уже подтаскивала сопротивляющую Георгиновну к дверям, когда та вновь сунулась в свою сумочку.
– Подождите! – властно заявила Раиса медсестре. – Кажется, эта ненормальная хочет сказать что-то умное.
Почувствовав, что хватка медсестры ослабла, Георгиновна вытянула из внутреннего кармашка доселе невиданные девушкой английские фунты стерлингов и кротко попросила передать их Раисе. За вред здоровью, причиненный своим визитом.
– Тебе самой лечиться надо, – заботливо проворчала Раиса Георгиновне, старательно зажав инвалюту в кулачок. – Недолго и разориться, швыряя деньги незнакомым людям.
Покидая палату под конвоем медсестры, Гергиновна слышала за спиной возмущенный голос одной из соседок Раисы, считавшей, что сумасшедшая посетительница своим появлением причинила вред всей палате, а посему деньги надо поделить на восемь равных частей.
– Вернитесь назад, – дала Георгиновна вполне разумный совет медсестре, решившей проводить ее до дверей отделения. – Могут быть дополнительные осложнения.
Ключи от квартиры Серовых Евгения Георгиевна еще вчера передала Светлане. И решила ехать к ней без предварительного звонка – не хотела заранее будоражить племянницу своим несостоявшимся отлетом. Результат посещения Раисы Афанасьевны несколько поколебал ее первоначальные планы.
Вернувшаяся от Серова Светлана онемела при виде родной тети, нарисовавшейся на ее пороге в несколько помятом состоянии. Заключив родственницу в теплые объятия, она заставила ее шагнуть в квартиру, заверяя, что билет, деньги и документы дело наживное. И не такое теряют. Даже не отходя от кассы. Ничего другого в качестве объяснения факту появления тетушки пред свои светлые очи она придумать не могла. В самом деле, не из самолета же тетя выпала? Сидя за столом в маленькой кухне племянницы, совершенно потерянная Георгиновна отказалась даже от чашки чая. И неуверенно завела разговор о привезенной ею из-за границы красивой бутылке вина.
– Тетя Женя, – ласково улыбаясь, прервала ее племянница, – тебе надо хорошенько отдохнуть. А знаешь, я рада, что ты вернулась, – успела по тебе соскучиться. Мы столько времени были с тобой вместе и… врозь! Подумаешь, какое дело! Улетишь позднее, когда уладим все формальности. Вернее, вместе улетим. И выкинь всякий бред из головы. Это у тебя неосознанное чувство вины перед моей покойной мамой дает себя знать. За грешные мысли.
Я же отлично помню тот мартовский вечер, когда ты приехала сюда в первый раз. У тебя была коробка необычайно вкусных конфет. Их сразу смели. Никакого вина ты не привозила. Знаешь, у мамы была тайная страсть – оставлять разные красивые бутылки, жестяные банки из-под чая… Хочешь, пойдем в кладовую, я тебе покажу ее баночные запасы? А все хранившиеся вино-водочные изделия изъяли для проверки. Никаких дополнительных ядов, кроме основного – алкогольного, экспертиза в них не обнаружила. Часть бутылок обещали вернуть после окончания следствия. Только зачем они нам? Жаль, что я раньше не решилась все выбросить. Следователь сказал, что сейчас уже невозможно установить, кто преподнес маме смертельный презент. В прошлые времена ей много подарков дарили. В основном хорошее вино, конфеты, духи… Конфеты, конечно, съедались, вино она иногда передаривала. Все равно оставалось. Одной бутылке с ликером, ты не поверишь, почти двадцать пять лет. Не помню, был ли он изначально такой зеленый или со временем позеленел… Не единожды собиралась сгрести все в кучу и кому-нибудь отдать. Теперь, если все же вернут, даже на помойку не вынесешь, ведь предварительно надо открыть каждую бутылку
