Сама судьба препятствовала этой поездке. Слишком долгие сборы повлекли за собой опоздание Ирины и Натальи на званое мероприятие к приятельнице Светлане. Повод – то ли горе, то ли радость от развода с мужем – конкретному определению не поддавался. Зато ясна причина, от которой скончался неожиданный гость приятельницы: опередив всех, хлебнул с праздничного стола отравленного вина.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
либо невнятно промычал название обалденно вкусного блюда, либо слушатель, пускающий от зависти слюни и вытирающий их рукавом, толком не расслышал. С той поры много воды утекло. Ижевск успел обзавестись двумя музеями – краеведческим и изобразительных искусств, собственным цирком, пятью театрами и пятью ВУЗами.
Времени оставалось мало. Мы даже отказались от желания поглазеть на знаменитый Ижевский оружейный завод и Арсенал, первоначально задуманный как комплекс складов оружия. Принятое решение тут же начали воплощать в жизнь, но случайно сели на автобус, следующий не в нужную нам сторону. Поездка была насыщенной. В основном легкой перепалкой, в ходе которой мы с Наташкой, меняясь ролями, поочередно выступали то с предложением приобрести на память о городе какой-нибудь сувенирчик, то с серьезными возражениями по поводу этого приобретения. Замолчали только у первого в России многоэтажного здания Ижевского оружейного завода постройки 1808-1815 годов. Раньше тоже был долгострой, только оправданный отсутствием современной техники и материалов.
Задрав головы, мы смотрели на пятидесятиметровую многоярусную круглую башню, украшенную курантами и обрамленную изображениями рыцарских лат, пушек, ядер и знамен. Это сразу напомнило о том, что завод внес свою лепту в победу над Наполеоном. Рядом находилась небольшая группа туристов. Прислушавшись к речи экскурсовода, мы с огорчением поняли – изображения не являются подлинными. Увы, случившийся через девятнадцать лет после окончания строительства пожар был безжалостен. Революционным отрядам было на это глубоко наплевать. Спустя сто тридцать три года, не совсем поздно, символика была восстановлена. Капитально – из нержавеющей стали. Затем экскурсовод перешла к рассказу о личности Михаила Калашникова.
Утешившись тем обстоятельством, что главное мы услышали, уже решили было заняться поисками такси или частника, когда двери проходной завода выпустили группу людей. Наташка безошибочно узнала в одном из них Калашникова, поскольку успела приобрести открытку с его изображением. Не успела я опомниться, как она, рванув меня за руку, бросилась к «живой легенде» с криком:
– Здравствуйте, Михаил Тимофеевич!
Я глупо улыбалась рядом.
Окружение Калашникова насторожилось, послышались неприятные вопросы на тему, кто мы такие. Наташка и сама уже поняла, что погорячилась. Вот тут Михаил Тимофеевич и проявил себя в точном соответствии с данной ему экскурсоводом характеристикой. Генерал-лейтенант Калашников П.М. – человек, заслуживший мировую славу, оказался простым и вежливым. Ни капли заносчивости!
– Ну что вы так забеспокоились? – поинтересовался он у своего окружения. Судя по рассказу экскурсовода, охранников там не было, если только они не служили другим… – Люди просто хотели со мной поздороваться. Здравствуйте, – обратился он к нам, и я испытала огромное желание повторить ему в ответ это слово максимальное количество раз…
В половине третьего дня, устав от длительной прогулки по городу, мы торчали у входа в аэропорт, в который раз поругивая семнадцатилетнего тинейджера, додумавшегося терроризировать отца и мачеху, но не способного самостоятельно долететь до Москвы. Над подкинутым по этому поводу Наташкой объяснением я серьезно задумалась – паренек просто опасен для окружающих. И без официального сопровождения его личности безопасность полета пассажирам не гарантирована.
В три часа Наташка, на всякий случай, прозвонилась парню, задушевно напомнив о предстоящем отъезде и перечне вещей, запрещенных к перевозке. Он очень вежливо сообщил, что потерей памяти не страдает. Мы слегка нервничали. Дважды подруга хваталась за мобильник, но пробормотав, что время еще есть, а провалов в памяти мальчика, кажется, нет, отказывалась от намерения еще раз напомнить ему об отлете. Кроме нас с ней у входа никто не маялся. Отдельные граждане деловито входили и выходили из терминала, бросая на нас дежурно-любопытные взгляды.
– Хоть бы один комплимент «за погляд» выдали, – лениво сердилась Наташка. – Эх, надо было самим ехать за мальчишкой! Ждем еще минут десять и начинаем звонить.
– Здравствуйте. Вы Наталья Николаевна? – с огромным неверием в положительный ответ прозвучал за нашей спиной приятный тенорок, мы резко развернулись и невольно шарахнулись друг к другу в стремлении обрести поддержку.
Растерянно и одновременно выговорили «Да».
Несмотря на то что сомнение продолжало господствовать на физиономии паренька, сидевшего прямо перед нами в инвалидной коляске, губы его тронула едва заметная улыбка.
– Я Тимофей. Извините, что нарушил договоренность. Спецтранспорт подкачал.
