Сама судьба препятствовала этой поездке. Слишком долгие сборы повлекли за собой опоздание Ирины и Натальи на званое мероприятие к приятельнице Светлане. Повод – то ли горе, то ли радость от развода с мужем – конкретному определению не поддавался. Зато ясна причина, от которой скончался неожиданный гость приятельницы: опередив всех, хлебнул с праздничного стола отравленного вина.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
Испытывая желание как можно скорее покинуть кладбище, извинились перед Арефьевым за столь поздний визит и вернулись к основной цели этой поездки. Наталья вытащила из сумки блокнот, следом ручку и приготовилась записывать данные с двух могил, расположенных рядом с местом захоронения Игоря. Пожилая супружеская пара Костенко с разными датами смерти, но одинаково молодыми лицами на памятнике была похоронена справа. Слева на ухоженной могиле с букетом свежих астр стоял памятник Корнеевой Лидии Сергеевне. Я очередной раз удивилась тому, какие красивые лица навечно застывают на керамике, рождая мысли о крайней неразборчивости смерти. Порой люди не выглядят такими при жизни. Подстегнутая нетерпеливым замечанием подруги, я торопливо продиктовала высеченные на памятнике и покрытые позолотой даты.
Обратно мы летели, не оглядываясь. Буквально все последние одиночные посетители со страха казались нам похожими на кладбищенских обитателей. Торопливо сполоснув руки на выходе, мы уселись в машину и, испытывая невероятное облегчение, тронулись с места – скорее, в город, к людям, к суете и сутолоке жизни.
– Ну и что тебе дал наш скоростной наезд? – спросила Наташка после двадцатиминутного молчания.
– Наш, как ты говоришь, «скоростной наезд» позволил мне предположить, почему господин следователь собрался навестить администрацию кладбища. И подтвердить твою теорию о покупке места для вечного покоя за большие деньги. Раньше мне казалось, что Арефьев захоронен в могилу кого-то из родственников, скорее всего отца. Но ни прежнего памятника, ни хотя бы старого креста рядом нет и в помине. Только табличка, с номером участка и прижизненными позывными его нынешнего владельца. Рядом – старые захоронения. Как удалось похоронить Арефьева в этом месте?
– Ну а нам-то какое до этого дело?
– Точно еще не знаю, но одно предположение имеется. Кто-то заплатил за бесхозную могилу большие деньги. Кто и почему? Мать исключается, бывшие жены – тем более. Может быть, коллеги по работе? Не думаю. Интересно, кто был организатором похорон?
– Какое-нибудь похоронное агентство. Или ты имеешь в виду мецената? Или спонсора… Не знаю, что звучит более прилично, но суть одна.
Я подумала и кивнула. Пусть числится в любом звании.
– Курбатов наверняка уже знает ответ на этот вопрос. Впрочем, не факт, что администрация кладбища так легко расколется. Знаешь, что? А давай завтра скатаем в фирму Арефьева и постараемся все выяснить. Не ради Светки и Серова. Ради справедливости.
Я покривила душой. Несмотря на то что Светка явилась косвенной виновницей гибели первой жены Серова, мне не хотелось верить в ее непорядочность.
– Этот козел Серов Светку обманул, – мрачно заявила Наташка. Мы обе думали об одном и том же. – Охмуряя, наврал с три короба о своем полуразведенном состоянии, она и клюнула. А жена на развод не согласилась, за что и вылетела из окна.
– Следствие эту версию не подтвердило. Иначе Серов еще восемь лет назад усидчиво сидел бы на нарах. С другой стороны, версия могла снова всплыть. Ведь ни его, ни Светку почему-то не освобождают. Хотя ясно, что преступник, пытавшийся убить Светкину соседку и покушавшийся на меня, на свободе. Трудно допустить, что это вольно разгулявшийся маньяк, ведь у него были ключи от квартиры. Кстати, может, навестим других Светкиных соседей?
– Как ты это мыслишь? Мы там так засветились, что ни один здравомыслящий человек нас на порог не пустит. Впрочем, можно попробовать. Не все же живут здравым смыслом. – Наташка мельком взглянула на часы: – Московское время девятнадцать часов, двенадцать минут. С копейками. После кладбища сразу ехать домой не хочется. Перекусить бы где-нибудь, но опять же после кладбища… Будет похоже на внеплановые поминки. Мне не нравятся такие мероприятия. Так и быть – катим к Светкиному дому. В конце концов любой здравомыслящий человек обязан думать. Увидит, что мы до сих пор на свободе, и пустит на порог. В случае чего мы ему в этом поможем.
Зря Наташка вспомнила про еду. Я упорно пыталась сосредоточиться на мыслях о Светкиной непричастности к гибели Арефьева, но перед глазами мельтешили отдельные фрагменты кулинарных шедевров кухни народов мира. Я чуть сознания не лишилась, когда у одного из светофоров увидела, как в соседней, стоящей почти впритык с нами иномарке, водитель уписывает за обе щеки здоровенный рогалик. А может быть, и лишилась… Не помню, протягивала ли за ним руки? Или просто выпрашивала рогалик голодными глазами?
– Мум-м-м? – промычал солидный мужик с набитым ртом, удостоив меня ответным взглядом и выразительно указав на свой рогалик, дал крен вправо. Я было решила, что он решил дожевать свой рогалик без свидетелей,
