Сама судьба препятствовала этой поездке. Слишком долгие сборы повлекли за собой опоздание Ирины и Натальи на званое мероприятие к приятельнице Светлане. Повод – то ли горе, то ли радость от развода с мужем – конкретному определению не поддавался. Зато ясна причина, от которой скончался неожиданный гость приятельницы: опередив всех, хлебнул с праздничного стола отравленного вина.
Авторы: Андреева Валентина Алексеевна
Наташка, раньше тоже прокручивалось в моей голове. Отдельные моменты заслуживают внимания, но в целом не выдерживают никакой критики. У меня сложилось мнение, что обе дамы до субботы вообще не общались и против кого-либо не дружили. И, кстати, о ключах!
– Хочу тебя поправить: ключи от квартиры Светланы были далеко не в единственном экземпляре. Во-первых, дубликаты имелись у Серова. Возможно, он с их помощью собирался тайно контролировать Светкину личную жизнь. Во-вторых, кто-то же открыл квартиру в то время, когда я спокойно полеживала на Светкином диване, ожидая твоего возвращения с рынка. А как ты объяснишь наличие на бутылке с отрицательно-заряженным вином отпечатков пальцев Раисы? Если не принимать во внимание ее собственное объяснение – решила бутылку протереть и протерла. Что-то оно перестало меня устраивать.
– Ну, последнее не проблема. Бутылка принадлежала Раисе. Она хранила вино специально для подходящего момента. Влезет в квартиру какой-нибудь домушник, соблазнится винцом и рухнет замертво на месте преступления. Арефьев проявил себя хуже домушника, за что и поплатился. А Светка могла случайно схватить эту бутылку у самой Раисы.
– Роясь в ее смертельных запасах?
– Ну что ты ко мне прицепилась с этим вином? Не нравится это объяснение, и не надо. Предложи свое. А тебя, кстати, могла попытаться треснуть та же Георгиновна. Дождалась благополучного выноса тела Раисы и вернулась. Если уж столько ключей от Светкиной квартиры развелось, почему бы и ей дубликат не заиметь? Решила проверить, не выпустили ли Светку. Вошла, приняла тебя за нее и… хотела устранить препятствие для собственной индивидуальной деятельности по сдаче в аренду ее квартиры. Вот ты представь Георгиновну в штанах. Ну, тех, что были на преступнике, который налетел на тебя. Похожа она на него со спины? Похожа. Такая же худющая, как ты рассказывала о злоумышленнике.
В моей голове зазвенели колокольчики. Романтичная фраза. На самом деле звон в ушах может быть предвестником нарушения мозгового кровообращения – проза жизни. Я невольно обхватила голову ладонями и глухим голосом выдала:
– Немедленно едем к Светкиному дому!
– О, блин! Ир, иногда я думаю, что ты поскромничала. Или запамятовала. На самом деле, Георгиновна успела тебя треснуть трубой. Причем как следует. Мы же определились не светиться в том месте до темноты. И нам надо в фирму «Родники».
Звон в ушах прошел. Я сложила руки по швам и твердо отчеканила:
– Сначала в травмпункт!
Глаза Наташки опасно сузились.
– В травмпункт, который находится недалеко от Светкиного дома.
Наташкины глаза медленно, но верно достигли размера автомобильных фар:
– Угу, – промычала она. – Значит, я оказалась права. Но тогда нечего терять время, давай раздваиваться. У меня что-то со «Ставридой» случилось. Деньку выгуляла, хотела в универсам скатать, а она глохнет. В смысле, «Ставрида». Кольку-соседа встретила, обещал вечером после работы не напиваться и посмотреть. Кроме того, одиночество в собирании нужных сведений на данном этапе безопаснее. Две наши красивые физиономии вместе слишком хорошо запоминаются. Потому как на контрастной основе. Народ сразу же начинает оценивать, кто из нас краше. Ладно, это долгий разговор. Помнишь историю с «тетушкой», нечаянно повредившей ногу?
– В мельчайших деталях.
– Ну так узнавай адрес травмпункта и катись туда, действуя в соответствии со старой легендой. Только не забудь взять зонт. И купи плитку шоколада для медсестры. А я слетаю в «Родники». Не волнуйся, выясню все, что надо, и даже больше.
Собрались мы достаточно быстро, хотя Наташка заставила меня смыть весь и так достаточно легкий макияж, мотивируя это тем, что мне следует быть очень серой мышкой. У племянницы, искренне озабоченной здоровьем собственной тетки, завещавшей ей в наследство солидный капитал, но собирающейся жить долго и счастливо, рассчитывая умереть с любимой племянницей в один день, физиономия не может играть всеми красками жизни. Не только природными, но и косметическими.
До травмпункта я добралась сравнительно легко. Могло быть и хуже – когда, вылезая из трамвая, зацепилась каблуком за ступеньку. Поймала меня на лету плотная женщина в форме сотрудника милиции, и я долго шептала ей слова благодарности, глядя вслед трамваю, в котором она уехала: от испуга и растерянности сразу не поблагодарила. Лучше поздно, чем никогда.
Первоначально полученные в регистратуре травмпункта сведения меня разочаровали. Медицинской карточки Саниной Евгении Георгиевны там тоже не оказалось. Рушилась тщательно продуманная версия, и я с расстройства села на стул, ругая себя за излишнюю самонадеянность.
