участках кожи визуализируются явления в форме связного текста на арабском языке. Запись и перевод текста прилагается. Температура стала постепенно повышаться, общая реактивность организма повысилась»! – Борменталь победно сверкнул очками, – Это что научное описание? Разве что описание шизофренического бреда автора. Настоящая ересь! Поверить в это – все равно, что поверить в существовании вампиров – умирающих и воскресающих единственно по собственному желанию! Вот вы Николай Павлович, как воинствующий атеист – верите в вурдалаков? – возвращаясь к обычной своей иронической манере, спросил Борменталь. Если бы Прошкину пришлось отвечать на такой вопрос только самому себе, он просто сказал бы «Да», но характер беседы требовал продемонстрировать идеологическую стойкость.
– Я лично, как коммунист – нет, но сигналы от населения о подобных явлениях поступают систематически… – скромно сказал он. Леша Субботский убедившись в близости мировоззрения Прошкина к его собственному радостно улыбнулся:
– Знаете, Георгий Владимирович – лично мне приходилась сталкиваться с описанием болезни, точнее – хвори, очень напоминающим то, что вы только что зачитали, в старинной летописи. Оно относится предположительно к 14 веку, и описанный странник… то есть больной – тоже продолжительное время путешествовал по горным массивам Средней Азии – как и покойный Дмитрий Алексеевич… У Странника на коже во время болезни проступили дивные письмена на неведомом наречии, затем кожа покрылась кровавыми струпами, полностью слезла, сменитесь новой и чистой, а сам больной к удивлению наблюдавших его монахов исцелился…
– Я, Алексей Михайлович читал «Бестиарий» Беды Достопочтенного – весьма познавательное и увлекательное чтение – но мало имеет отношения к современной биологии и медицинской науке! – парировал эрудированный доктор.
Пока его гости увлеченно дискутировали, Прошкин пододвинул к себе пухлую «Историю болезни…», намериваясь прочитать – о чем же повествовали арабские письмена сами собой выступившие на коже Деева. В свете новых фактов называть Дмитрия Алексеевича «покойным» с былой уверенностью он уже не мог. Но и сам текст и перевод отсутствовали – страничку с ними попросту вырезали из «Истории болезни…» острым лезвием или канцелярским ножом.
– Когда я волею судеб… Ну общем-то… Да – можно сказать, путешествовал по Туркестану, мне доводилось слышать в некоторых районах Гийсарских гор подобные легенды… Местные племена рассказывают, что в горах есть благословленные дэйвами пещеры, где сами дэйвы любуются горными красотами приняв облик желтых змеек. Избранных путников – в знак особой милости такая змея может ужалить, тогда сам счастливец с мучениями теряет кожу – подобно ползучему гаду, а с новым покровом обретает и радость бессмертной жизни в бренном теле. Более того – наиболее достойным из таких избранников даруется еще одна редкая милость – унести свое обновленное тело в лучший мир, когда пребывание в земной юдоли утратит для посвященного смысл… Дервиши с древних времен прибывают в те места из дальних краев, многие часы проводят в переходах от одной пещеры к другой, постятся и молятся в надежде привлечь к себе подобную благосклонность духов.
– Это не более чем фольклор! – отрезал Борменталь.
– А это? – Мазур вытащил из внутреннего кармана блокнот, перевитый стальной пружинкой и прочитал, – «Сознание по-прежнему отсутствует. Температура тела составляет 24 градуса по Цельсию. Основные биологические функции снижены до уровня близкого к критическому, однако жизнедеятельность сохраняется. Рефлексы в норме. Реанимационные и лечебные мероприятия, указанные на странице 5 эффекта не дали. Рекомендовано с целью дальнейшего лечения…», – не суть важно – я не врач, – Мазур передал блокнот Прошкину, – Это записи сделанные собственной рукой нашего честнейшего Георгия Владимировича, не далее как на прошлой неделе. И из них видно, что больной, обозначенный У. с температурой «вурдалака» живет уже третью неделю! Может быть клиническая картина больного У. типична для описанного в медицинской литературе состояния комы?
– Возмутительно! – заорал Борменталь, – Откуда у вас мои частные заметки?!!!
– Вы – Владимир Григорьевич, точно так же как и я, – гордо сказал Мазур, – служите на государственной службе. Но служите, в отличие от меня, прямо в НКВД, у вас тем более не может быть никаких «частных заметок»! Именно по этому я еще раз призываю Николая Павловича написать рапорт с соответствующей оценкой вашей деятельности! Или вы сейчас же, не дожидаясь появления этого официального документа, нам ответите, что приключилось с Александром Дмитриевичем, какая у него была температура, когда его в больницу
